Во II веке, в царствование императора Адриана (117–138 гг.), в Риме жила благочестивая вдова София (имя София значит «премудрость»). У нее были три дочери, носившие имена главных христианских добродетелей: Вера, Надежда и Любовь. Будучи глубоко верующей христианкой, София воспитала дочерей в любви к Богу, уча не привязываться к земным благам. Слух о принадлежности к христианству этого семейства дошел до императора, и он пожелал лично увидеть трех сестер и воспитавшую их мать. Все четверо предстали перед императором и безбоязненно исповедали веру во Христа, воскресшего из мертвых и дающего вечную жизнь всем верующим в Него. Удивленный смелостью юных христианок, император отослал их к одной язычнице, которой приказал убедить их отречься от веры. Однако все доводы и красноречие языческой наставницы оказались напрасными, и пламенеющие верой сестры христианки не изменили своих убеждений. Тогда их снова привели к императору Адриану, и он стал настойчиво требовать, чтобы они принесли жертву языческим богам. Но девочки с негодованием отвергли его приказ.
«У нас есть Бог Небесный, – ответил они, – его детьми мы желаем остаться, а на твоих богов плюем и угроз твоих не боимся. Мы готовы пострадать и даже умереть ради дорогого нам Господа нашего Иисуса Христа».
Тогда разгневанный Адриан велел предать детей различным пыткам. Палачи начали с Веры. Они на глазах у матери и сестер стали беспощадно бить ее, отрывая части от ее тела. Потом они положили ее на раскаленную железную решетку. Силой Божией огонь не причинил никакого вреда телу святой мученицы. Обезумевший от жестокости Адриан не вразумился чудом Божиим и велел бросить отроковицу в котел с кипящей смолой. Но по воле Господней котел охладился и не причинил исповеднице никакого вреда. Тогда ее присудили к усечению мечом.
«Я с радостью пойду к возлюбленному моему Господу Спасителю», – сказала святая Вера. Она мужественно преклонила свою голову под меч и так предала свой дух Богу.
Младшие сестры Надежда и Любовь, воодушевленные мужеством старшей сестры, претерпели подобные ей муки. Огонь не причинил им вреда, тогда им отсекли мечом голову. Святую Софию не подвергли телесным мучениям, но обрекли ее на еще более сильные душевные мучения от разлуки с замученными детьми. Страдалица погребла честные останки своих дочерей и два дня не отходила от их могилы. На третий день Господь послал ей тихую кончину и принял ее многострадальную душу в небесные обители. Святая София, претерпев за Христа большие душевные муки, вместе с дочерьми причислена Церковью к лику святых. Пострадали они в 137 году. Старшей, Вере, тогда было 12 лет, второй, Надежде, – 10, а младшей, Любови, – лишь 9 лет.
Так три девочки и их мать показали, что для людей, укрепляемых благодатью Святого Духа, недостаток телесных сил нисколько не служит препятствием к проявлению сил духа и мужества. Их святыми молитвами Господь да укрепит и нас в христианской вере и в добродетельной жизни.
В храме Софии Премудрости Божией на Лубянке в Москве хранится большая часть мощей святой Софии Римской.

Тропарь, глас 4
Торжеству́ет Це́рковь перворо́дных,/ и свесели́тся прие́мля ма́терь о ча́дех веселя́щуюся,/ я́же я́ко му́дрости тезоимени́тая/ тро́йственным богосло́вским доброде́телем равночи́сленныя породи́./ Ты́я с му́дрыми де́вами зрит уневе́стившияся Жениху́ Бо́гу Сло́ву,/ с не́ю и мы духо́вне в па́мяти их свесели́мся, глаго́люще:/ Тро́ицы побо́рницы,/ Ве́ро, Любве́ и Наде́ждо,// в ве́ре, любви́ и наде́жде утвержда́йте нас.

Кондак, глас 1
Софи́и честны́я свяще́ннейшия ве́тви,/ Ве́ра и Наде́жда и Любо́вь, показа́вшеся,/ му́дрость обуи́ша е́ллинскую благода́тию,/ и пострада́вше, и победоно́сицы яви́вшеся,// венце́м нетле́нным от всех Влады́ки Христа́ увязо́шася.нным от Владыки всех Христа увенчавшись.

Молитва
О, святы́я и достохва́льныя му́ченицы Ве́ро, Наде́ждо и Любы́, и до́блестных дще́рей му́драя ма́ти Софи́е, к вам ны́не притеце́м со усе́рдною моли́твою; что бо па́че возмо́жет предста́тельствовати за ны пред Го́сподем, а́ще не ве́ра, наде́жда и любы́, три сия́ краеуго́льныя доброде́тели, в ни́хже о́браз нарече́нныя, са́мою ве́щию ты́я яви́сте! Умоли́те Го́спода, да в ско́рбех и напа́стех неизрече́нною благода́тию Свое́ю покры́ет ны, спасе́т и сохрани́т, я́ко благ есть и Человеколю́бец. Того́ сла́ву, я́ко со́лнце незаходи́мое, ны́не зря́ще светоле́пну, споспешеству́йте нам во смире́нных моле́ниих на́ших, да прости́т Госпо́дь Бог грехи́ и беззако́ния на́ша, и да поми́лует нас гре́шных и недосто́йных щедро́т Его́ ра́ди. Моли́те у́бо о нас, святы́я му́ченицы, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, Ему́же сла́ву возсыла́ем со Безнача́льным Его́ Отце́м и Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Его́ Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Мф.22:1–14
2Кор.1:21–2:14
Некий царь сделал «брачный пир для сына своего, и послал рабов своих звать званых на брачный пир». Но они «не хотели прийти». Царь отправляет новых посланников. Может быть предыдущие что-то не так передали, или званые что-то не так поняли, – так объясните им: «вот, я приготовил обед мой, тельцы мои и что откормлено, заколото, и все готово; приходите на брачный пир».
Царь звал не на работу, не на службу, а на пир. Но они погнушались чужой радостью. У них сразу нашлось «дело поважнее», и они пошли, «кто на поле свое, а кто на торговлю свою». Пренебречь любовью, ничего не требующей взамен, пренебречь заботой и стараниями – что может быть обиднее и бесчеловечнее? Но именно так они и поступили.
Почему же? – Позванные царем, они очевидно были достойны царского приглашения. Но похоже, они так раздулись в этом своем достоинстве, что сочли его абсолютно своим, забыв, что всякое достоинство в царстве – только от царя! И настолько раздулись, что те, у кого не нашлось под рукой никакого дела, – поступили еще более откровенно: «схвативши рабов его, оскорбили и убили их».
И тогда царь решил дать достоинство другим, призвать на пир тех, кто еще не имеет никакого достоинства. Теперь Он говорит рабам: «пойдите на распутия, и всех, кого найдете, зовите на брачный пир». И рабы собрали всех, кому совсем уж некуда идти, у кого ни поля, ни торговли, ни даже дома или родных. И вот, «брачный пир наполнился». Какое чувство поистине нечаянной радости, какое чувство благодарности должны испытывать эти гости, с каким вниманием и предупредительностью должны вести себя!
И вдруг «Царь, вошед посмотреть возлежащих, увидел человека, одетого не в брачную одежду, и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде»? А правда, как он мог войти без нее? Ведь брачную одежду давали всем приходящим. Ведь он же видел, что все берут ее, видел, что на нем такие лохмотья, в которых нехорошо входить в дом радости. И сколько надо было дерзости и пренебрежения ко всему и ко всем, а главное – к самому царю, чтобы оказаться на пиру все же без брачной одежды! Ему и оправдаться-то нечем, поэтому, обличаемый царем, он молчал. Он и уходить не хотел, и прощения просить не собирался. И царю ничего не оставалось, кроме как сказать слугам: «связавши ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю».
Господь призывает нас в Свою Церковь, на брак Сына Своего, на Его спасительную Вечерю. И мы готовы ради этого отложить все дела… кроме одного-единственного. И грехов своих мы ради Царствия Небесного не оставили. В лучшем случае грехи сами уже оставили нас, по нашей старости или немощи, сделав с нами в свое время все, что хотели. И не хотим мы принять брачную одежду добродетелей, не хотим читать Святое Евангелие и вникать в самый дух учения Христова.
Но все-таки нам кажется, что мы на брачном пиру. Вроде бы не во тьме, и вроде бы нам не плохо. Но это лишь до поры, пока подойдет к нам хозяин и потребует отчета. «Бога призываю во свидетели на душу мою, что, щадя вас, я доселе не приходил», – говорит посланец этого хозяина. И снова предупреждает: «когда опять приду, не пощажу» (2Кор.13:2).
Есть только Бог и безбожие. И – либо с Богом, на брачном пире Его Сына, в светлой одежде добродетелей, в радости, в палатах Царствия Небесного, либо – за пределами жизни и радости, где тьма «внешняя», где поэтому «плач и скрежет зубов», где не богатые и не бедные, а – «псы и чародеи, и любодеи, и убийцы, и идолослужители, и всякий любящий и делающий неправду» (Откр.22:15). А третьего не дано.

Некий хозяин сдал свой виноградник в аренду. Хозяин этот – могущественный человек: у него есть власть и силы наказывать злодеев. Но он на удивление терпелив: посылает одних слуг, потом других. Он бесконечно верит в силу добра. Хотя из предыдущих посланников кого били, а кого и убивали, он все же напоследок посылает и сына. Он надеется, он даже уверен (а иначе бы он сына не послал), что тут-то у них проснется совесть, и они «постыдятся сына моего». Сын же – одного духа с отцом: послушно идет туда, где неоднократно проливалась кровь. И лишь когда окончательно обнаруживается, что совесть у злодеев мертва, – только тогда хозяин предает их злой смерти, а виноградник отдает другим.
А что за люди эти виноградари? Не будем уже говорить об их совести, но неужели они не знают силы хозяина и не боятся ни его самого, ни законов своей земли? Может быть очень уж выгодно они арендовали виноградник и думали, что хозяин ничего не понимает в делах? Может быть считали, что хозяин у них в руках и не посмеет отплатить за зло? А может быть того же духа, как тот злой должник, который ни во что поставил прощение ему огромного долга (Мф.18:23–32)? Или – как те завистливые работники, которые фактически не признавали за хозяином права распоряжаться своим добром (Мф.20:1–15)? – Ни те, ни другие, ни третьи просто-напросто не признавали права собственности. И тем, и другим, и третьим – так или иначе говорится: «Друг!.. разве я не властен в своем делать, что хочу»? – И платить сколько хочу, и прощать кому хочу, но и требовать свое, сколько мне положено. Это – мое, и я никому не должен отчитываться.
Писание со всей определенностью утверждает, что «не любящий брата, которого видит», не «может любить Бога, Которого не видит» (1Ин.4:20). А если я не признаю права собственности за человеком, за братом моим, то как я смогу признать право Верховного всемирного Собственника? Как я смогу оценить милость Его прощения, как я признаю за Ним право каждому уделять, сколько Он сам считает нужным, и как я смогу считать себя должником, обязанным что-то давать Ему в свое время? Не случайно всякому насильственному переделу собственности обязательно сопутствует и борьба против Бога.
А значит, на пути к Богу необходимо научиться и уважать право собственности, и даже считать его священным: не подсчитывать чужие доходы, не судить, как ими распоряжаются. И – не требовать, а смиренно просить, и не обижаться, когда не считают нужным дать.

Господь, на небесах живущий, восхотев явиться на земле и пожить с человеками, прежде уготовал на ней место селения славы Своей – Пречистую Свою Матерь: ибо в обычае у царей, когда они хотят прийти в какой-либо город, предуготовлять себе в нем для пребывания палату. И как палаты земных царей созидаются искуснейшими мастерами из драгоценнейших предметов, на возвышеннейшем месте, прекраснее и обширнее всех иных жилищ человеческих, так имела создаться и палата славы Царя Небесного. В Ветхом Завете, когда Бог восхотел жить в Иерусалиме, Соломон создал Ему храм (3Цар.5-7 гл.; 2Пар.2-4 гл.) чрез искуснейшего строителя Хирама, который был исполнен художества, разума и знания на всякое дело. Создал же Соломон храм из драгоценнейших веществ: из превосходного камня (3Цар.5:17-18), из благовонных деревьев: кедра и кипариса (2Цар.6:9-10), привозимых из Ливана, и из чистого золота, на возвышеннейшем месте, на горе Мориа. Храм был тем прекраснее, что на стенах его были еще изваяны изображения херувимов, различных деревьев и плодов (3Цар.6:18-35,7:18-22,29-42). Пространством храм был столь велик, что в нем могло вместиться без тесноты всё множество людей израильских, и снизошла на него слава Господня в огне и облаке (3Цар.8:10-11). Однако храм сей был недостаточен для вмещения в себе Невместимого Бога. Соломон создал Ему храм, но Вышний не в рукотворенных храмах живет. «Какой дом созиждете Мне, – говорит Господь, – или какое место для покоя Моего?» (Деян.7:49). И вот Бог благоизволил, чтобы в начале новозаветной благодати был создан нерукотворенный храм – Пречистая, Преблагословенная Дева Мария. Каким же строителем создан был храм тот? Воистину – премудрейшим, самою Премудростью Божиею, как говорит Писание: «Премудрость построила себе дом» (Притч.9:1), а всё, сотворенное Премудростью Божиею, прекрасно и совершенно. А поелику Премудрость Божия создала одушевленную палату Слова, посему создался совершенный храм для совершенного Бога, пресветлая палата для пресветлого Царя, пречистый и неоскверненный чертог для пречистого и нескверного Жениха, непорочное селение для непорочного Агнца. Сему верный свидетель на небе, говорящий к Ней: «Вся ты прекрасна, возлюбленная моя, и пятна нет на тебе!» (Песн.4:7). И святой Дамаскин пишет: «Вся – чертог Духа, вся – град Божий, море благодатей, вся – добра, вся – ближняя Богу» (Слово 1-е на Рождество Пресвятой Богородицы).
Из каких же веществ создалась сия палата? Воистину – из драгоценнейших, ибо произошла, как от драгоценного камня, из царского рода, от Давида, который вложенным в пращу камнем, прообразовавшим камень – Христа, поразил Голиафа (1Цар.17:39-51); и, как из благовонных деревьев кедра и кипариса, Дева Богородица родилась из рода архиерейского, приносящего благовонные жертвы Богу. Отец Её, святой праведный Иоаким, был сыном Варлафира, ведущего свое происхождение от сына Давидова Нафана, а мать Её, святая праведная Анна, была дочерью священника Матфана из племени Ааронова; таким образом, Пречистая Дева по отцу была рода царского, а по матери – архиерейского. О, из сколь драгоценнейших веществ – разумею пречестнейшее происхождение – создалась Царю славы одушевленная палата! И как в Соломоновом храме каменные и деревянные здания приобретали особенную ценность от чистого золота, которым были позолочены; так в рождестве Пресвятой Богородицы благородство царского и архиерейского происхождения еще более заслужило почтения от целомудрия святых Её родителей, которое дороже, «нежели от золота: она дороже драгоценных камней; и ничто из желаемого тобою не сравнится с нею» (Притч.3:15). Ибо Пресвятая Дева родилась от целомудренных родителей, что выше всякого благородства. О сем святой Дамаскин, обращаясь к святым праведным Богоотцам говорит так: «О блаженные супруги Иоаким и Анна! Воистину по плоду чрева вашего вы явились непорочными, по слову Господню: «По плодам их узнаете их» (Мф.7:16,20). Вы устроили свою жизнь, как благоугодно Богу и как достойно сие Рожденной от вас. Ибо, живя целомудренно и праведно, вы произрастили сокровище девства – разумею Деву: прежде рождества Деву, в рождестве Деву, по рождестве Деву, и всегда Деву, единую приснодевствующую и умом, и душою, и телом. Подобало же, чтобы девство, от целомудрия рожденное, было принесено плотию Самому Единородному Свету. О, двоица чистейших словесных горлиц, Иоаким и Анна! Вы, соблюв целомудренно закон природы, божественно сподобились сверхъестественных дарований и родили миру Деву Божию Матерь. Вы, благочестиво и праведно пожив в человеческом естестве, произвели Дщерь высшую ангелов и ныне владычествующую над ангелами. О, прекраснейшая и сладчайшая Дщерь! О, крин, выросший посреди терния от благороднейшего царского корня! Тобою обогатилось царство священства». Сими словами святой Дамаскин ясно показывает, от каковых родителей рождена Божия Матерь, из сколь драгоценнейших веществ устроена палата Царя Небесного.
На каком же месте была устроена сия одушевленная палата? Воистину – на высочайшем, ибо Церковь дает о ней следующее свидетельство: «истинно вышши всех еси Дево чистая»; но выше не местом, а добродетелями и высотою Божиих дарований. Местом же, где родилась преблагословенная Дева, был небольшой город в земле Галилейской, называемый Назаретом, зависевший от большого города Капернаума, и жители его были презираемы, почему и о Христе было сказано: «из Назарета может ли быть что доброе?» (Ин.1:46). Но Господь, «Который, обитая на высоте, приклоняется, чтобы призирать на небо и на землю» (Пс.112:5-6), благоизволил, чтобы Его Пречистая Матерь была рождена не в Капернауме, в своей гордыне до неба вознесшемся, а в смиренном Назарете, «ибо что высоко у людей, то мерзость пред Богом» (Лк.16:15), а презираемое и уничижаемое ими высоко и драгоценно у Него. Самое имя Назарета при сем изображает высоту добродетелей Пречистой Девы. Ибо как в Своем рождестве Господь чрез Вифлеем, что значит: «дом хлеба», тайно прообразовал то, что Он есть хлеб, сшедший с неба для оживотворения и укрепления людей: так и в рождестве Пречистой Своей Матери Он чрез Назарет изображает возвышенные предметы; ибо наименование «Назарет» означает цветущее, огражденное, увенчанное и сокровенное место: и всё сие ясно предызображает Пресвятую Деву. Она есть цвет, прозябший от неплодной и застарелой утробы сухого дерева, цвет неувядаемый, присноцветущий девством, цвет благоухающий, родящий благоухание Единого Царя, цвет, приносящий плод, – Христа Бога Господа, единственное яблоко благовонное. Она освящена благодатью нашедшего на Нее и осенившего Её Святого Духа и есть святейшая всех святых, как родившая «всех святых святейшее Слово». Она исключена из числа грешных земнородных как чистая и непорочная, и не только Сама чужда греха, но и грешников отводит от беззаконий, как и взывает к ней Церковь: «радуйся, скверных изымающая дел». Она увенчана славою и честью: увенчана славою, ибо произросла из царского корня; увенчана честью, потому что произошла из племени архиерейского. Увенчана славою, потому что произошла от целомудренных родителей; увенчана честью, потому что почтена благовещением и служением архангела. Увенчана славою, как Матерь Божия; ибо что может быть славнее того, как родить Бога? Увенчана честью, как Приснодева; ибо что может быть почетнее, как пребыть и по рождестве девою? Увенчана славою, «славнейшая Серафим», как серафимски возлюбившая Бога. Увенчана честью, «честнейшая Херувим», как превзошедшая Херувимов мудростью и познанием Божества: «слава и честь и мир всякому, делающему доброе» (Рим.2:10), — говорит Апостол. Но найдется ли кто из земнородных более добродетельный, чем Пречистая Дева? Она сохранила все заповеди Господни, исполняла всю волю Господа, все наставления Его соблюла, все слова Его сокрыла в сердце Своем, оказала ближним все дела милосердия. Посему достойно Она увенчана, как творящая всеблагое. Она же есть и некое хранилище; ибо сохраняла сокровище своего девического целомудрия столь тщательно, что даже ангелу не хотела вверить оное, потому что, увидев ангела, Она смутилась от слов его и размышляла, что бы значило сие приветствие (Лк.1:29). Всё сие Назарет прообразовал в Пречистой Деве своим наименованием. И кто не скажет, как высоко воздвиглась та палата Христова по добродетелям и дарованиям Божиим? Она высока, ибо дарована с неба, хотя родилась на земле от земнородных; – с неба, ибо, как говорят некоторые из богопросвещенных мужей, Архангел Гавриил, благовестивший Захарии о рождении Иоанновом, благовестил Иоакиму и Анне о зачатии Пресвятой Богородицы и принес с неба Ей преблагословенное имя, говоря неплодной матери: «Анна, Анна! Родишь ты Дочь преблагословенную, и наречется имя Ей: Мария». Итак, Она, без сомнения, может быть названа градом святым, Иерусалимом новым, сходящим с неба от Бога (Откр.21:2), скиниею Божиею. Высока сия Божия скиния, ибо, родив Царя Христа, Она возвысилась паче серафимов. О, высота, неудобовосходимая для человеческих помыслов!
А какова красота той мысленной Христовой палаты, о сем послушай того же сладкоглаголивого Иоанна Дамаскина, вещающего о Ней следующее: «Она принесена Богу, Царю всех, одеянная благолепием добродетелей, как бы золотою ризою, украшенная благодатью Духа Святого, и слава Её внутри Нее: ибо, как для всякой жены слава её – муж, приходящий отвне, так слава Богородицы внутри Её, т.е. плод чрева Ее». И еще Дамаскин говорит, обращаясь к Ней: «О Дево Богоблагодатная, святая Церковь Божия, Которую духовно создал оный сотворивший мир Соломон (Премудрый Творец мира) и вселился в Нее! Не золотом, не бездушными камнями украшена Она, но вместо золота сияет Духом, вместо дорогих камней имеет многоценный бисер – Христа. Таково украшение той палаты, гораздо прекраснее бывшего в храме Соломоновом, в котором были изображены подобия херувимов, деревьев и цветов. Но и в сей одушевленной Церкви, в Пречистой Деве, ясно виден образ херувимский; ибо своим херувимским житием Она не только сравнялась с херувимами, но и превзошла их. Если Церковь обыкла иных святых называть херувимами, воспевая: «что вас наречем святии; херувимы, яко на вас почил есть Христос», то тем паче Дева Богородица есть Херувим, ибо в Ней Христос почил телом Своим, и на пречистых руках Её Бог воссел, как на престоле: Дева стала престолом херувимским. Она имеет в Себе подобия и деревьев благоплодовитых, духовно соделавшись маслиною плодовитою в дому Божием и цветущим фиником (Пс.55:10), почему ныне и именуется садом живоносным, когда Церковь воспевает: «от неплоднаго корене сад живоносен израсти нам, Матерь Свою, иже чудес Бог». Всё сие говорится о красоте Её духовной. Но Она не была лишена и красоты телесной, как о том свидетельствуют многие учители церковные, что во всей подсолнечной не было и не будет такой прекрасной девы, какова была Дева Богородица, узрев Которую, святой Дионисий Ареопагит хотел бы наречь Богом, если бы не знал Бога, от Нее рожденного. Ибо Божественная благодать, коей Она была исполнена внутри, просиявала и на Её пресветлом лице. Таковую предуготовал себе палату на земле Царь Небесный – палату прекрасную душою и телом, «приготовленную как невеста, украшенная для мужа своего» (Откр.21:2), притом палату пространную: «чрево Её пространнее небес содела» и вместился в Ней «невместимый Христос Бог».
Палаты царские обыкновенно строятся обширными, так чтобы они могли вместить не только царя, но и множество предстоящих слуг и приходящих к нему отовсюду людей. Обширное селение Слова, Пречистая Дева, пространно не только для Бога Слова, как Царя, но и для нас, притекающих рабов Божиих в Нее вселяющихся: Бога вмещает во утробе, нас же в Своем благоутробии. Избранный сосуд Божий, святой Апостол Павел, движимый любовью, говорил к своим возлюбленным чадам: «сердце наше расширено. Вам не тесно в нас» (2Кор.6:11-12). Но у кого из святых может найтись столь пространное благоутробие, как Мариино о Боге благоутробие? Здесь вмещается и целомудренный, и грешному здесь не тесно. Кающийся имеет в Ней свое место, и для отчаявшихся и некающихся Она есть невозбранное пристанище, подобно тому, как Ноев ковчег служил пристанищем не только чистым, но и нечистым животным. В благоутробии Её без тесноты вмещаются все скорбящие, обидимые, алчущие, странствующие, обуреваемые, больные, ибо не может не быть милосердной та утроба, которая родила нам благого Бога. Палаты царей земных охраняет много вооруженной стражи, которая не всякого, желающего войти в них, впускает, но удерживает, внимательно расследуя, откуда и зачем идет. А одушевленная палата Христова, хотя и окружена Херувимами и Серафимами и бесчисленными ликами ангелов и всех святых, но, тем не менее, в двери Её благоутробного милосердия никто не препятствует войти, если бы кто сего пожелал: ни стражи не отталкивают, ни воины не отгоняют и не расследуют, зачем кто идет, но всякий входит в них беспрепятственно с молением и приемлет дар по благопотребному прошению.
Итак, будем прибегать к милосердию Рожденной от неплодной утробы с таковым приветствием:
Радуйся, всенепорочная палата Царя всех! Радуйся, селение Бога и Слова, Коему со Отцом и Святым Духом, и Тебе, Дочери Отца, Матери Сына, Невесте Святого Духа, да будет от нас смертных честь и слава во веки. Аминь.

Во Фригии, недалеко от города Иераполя, в местности, называемой Херотопа, находился храм во имя Архистратига Михаила; около храма истекал целебный источник. Храм этот был сооружен усердием одного из жителей города Лаодикии в благодарность Богу и святому Архистратигу Михаилу за исцеление его немой дочери водой источника. Архистратиг Михаил, явившись в сонном видении отцу немой девицы, еще не просвещенному Святым Крещением, открыл ему, что его дочь получит дар речи, испив воды из источника. Девица действительно получила при источнике исцеление и начала говорить. После этого чуда отец с дочерью и все его семейство крестились, и усердием благодарного отца был воздвигнут храм в честь святого Архистратига Михаила. К источнику стали приходить за исцелением не только христиане, но и язычники; многие из язычников отрекались от идолов и обращались к вере во Христа. В храме святого Архистратига Михаила в продолжение 60 лет исполнял пономарское служение благочестивый человек по имени Архипп. Проповедью о Христе и примером своей богоугодной жизни он многих язычников приводил к вере во Христа. В своем озлоблении на христиан вообще, и в первую очередь на Архиппа, который никогда не отлучался от храма и был примерным служителем Христовым, язычники задумали уничтожить храм и одновременно погубить Архиппа. Для этого они соединили в одно русло две горные реки и направили их течение на храм. Святой Архипп усердно молился Архистратигу Михаилу о предотвращении бедствия. По его молитве около храма явился Архистратиг Михаил, который ударом своего жезла открыл в горе широкую расселину и повелел устремиться в нее водам бурлящего потока. Таким образом храм остался невредим. Увидев такое дивное чудо, язычники в страхе бежали, а святой Архипп и собравшиеся к храму христиане прославили Бога и благодарили Архистратига Михаила за помощь. Место же, где совершилось чудо, получило название Хоны, что значит «отверстие», «расселина».

Однажды к Иисусу Христу подошел некий человек и спросил: «Учитель благий! Что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную»?
И в этом вопросе было скрытое, невольное лукавство, от неверного взгляда и на Иисуса и на самого себя. Уже в самом обращении, «Учитель благий», крылась ложь, на которую Господь сразу и указал: «Что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог». Потому что этот человек на самом деле не считал Иисуса Богом, а только хотел этими высокими словами выразить свое уважение.
А затем уже Господь дал и прямой ответ: «Если хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди»: «не убивай, не прелюбодействуй, не лжесвидетельствуй, почитай отца и мать; и люби ближнего твоего, как самого себя». Человек ответил: «Все это сохранил я от юности моей. Чего еще недостает мне»? И тогда Господь «сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною. Услышав слово сие, юноша отошел с печалью, потому что у него было большое имение».
А что значит «отошел»? Неужели он только отказался от возможности быть совершенным, а вечную жизнь себе обеспечил? Отойти от Господа Иисуса Христа, Который есть истина и жизнь, значит – отойти не только от совершенства, но и от Царствия Небесного, и от вечной жизни: «Истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное; и еще говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Небесное».
Очевидно, были в нем и самоуверенность, и легкомыслие, и невнимание к себе. Очевидно, он и подошел с целью показать: вот, мол, какой я хороший, ни в чем не имею недостатка!.. И он не понимал, что перед ним не тот, кто просто показывает путь к вечной жизни, а Тот, Кто один только и может дать ее. Очевидно, и самая вечная жизнь не была для него таким благом, ради которого стоит отказаться от благ жизни временной.
Но и Самому Господу Иисусу тоже еще только предстояло завершить Свое дело. И уже Его посланники потом возвестят тому же человеку, «что Христос умер за грехи наши», «и что Он погребен был, и что воскрес в третий день», «и что явился» Своим ученикам, исполнив их силы и радости. И если этот человек к тому времени убедится, что «спастись … невозможно» не только своим богатством, но и своей праведностью, – он тоже примет протянутую ему спасающую руку воскресшего Господа и пойдет за Ним. А уж «Богу… все возможно».

Однажды Господь Иисус Христос шел из Иерихона, и за Ним «следовало множество народа. А двое слепых, сидевшие у дороги, услышавши, что Иисус идет мимо, начали кричать Ему». Слепые не видят, далеко или близко предмет их желаний. Не видят, кто вокруг Него, великие или малые это люди, не видят, занят Он сейчас или свободен. Они знают только то, что им совершенно необходимо быть услышанными. А для этого надо крикнуть так, чтобы в кратком восклицании выразить все: «Помилуй нас, Господи, Сын Давидов»! Народ же «заставлял их молчать». Слепые эти должны были казаться не только ничтожными, но и наглыми: их призывают к приличию, а они как будто назло «еще громче стали кричать: помилуй нас, Господи, Сын Давидов!»
Но Божий суд – совсем не то, что человеческий. Господь и уделил им Свое Божественное внимание, и помиловал, и дал просимое. Апостол тоже свидетельствует, что всеми униженные и отверженные – ближе к Богу. «Посмотрите, братия, кто вы, призванные: не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных». «Но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира, и уничиженное, и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее». – «Для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом».
Христианина эти слова не могут обидеть. Потому что он знает, в чем его истинная, никому не видимая, но и никем несокрушимая сила. Такой «немудрый и незначащий» не доискивается, не рассуждает, где именно находится Бог. Он просто взывает к Нему и знает, что будет услышан.
Слова Апостола обращены прямо к нашей современной нищете, и вместе – к нашей беспредельной гордыне. Мы лезем во все дела мира, гонимся за мирской премудростью «по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу» (Кол.2:8), стараемся говорить на их «ученом» языке, судить да рядить о всех предметах. Мы хотим быть мудрейшими, чтобы победить мудрых века сего. А в результате силы наши тратятся не на то, и мы и в сравнении с ними все равно выглядим жалкими дилетантами с большими претензиями. И незаметно теряем свое, главное, то, что возвысило даже простых, всеми презираемых слепцов.

I. Святый ныне прославляемый великомученик Никита, родом готф, жил на берегах Дуная и, приняв христианскую веру, распространял ее среди готфов. В это время в народе готфском была междоусобная война. Два царя готфских – Фритигерн и Атанарик состязались о власти. Фритигерн был христианин, а Атанарик поклонялся идолам. Фритигерн был побежден, убежал в Грецию, и, собрав здесь войско, возвратился на берега Дуная. Воинские знамена его полков были украшены знамением креста. Победив Атанарика и заняв престол, Фритигерн начал обращать своих подданных к христианской вере. Епископ Ульфила содействовал этому делу изобретением готфской азбуки, а Никита – проповедию и примером святой жизни.

Но спокойствие готфского народа было не продолжительно. Атанарик язычник, победив Фритигерна, христианина, отнял у него власть и начал жестоко преследовать христиан. Проповедник Христовой веры Никита, неустрашимо обличавший Атанарика, дабы вразумить и обратить его на путь истины и добра, был схвачен и, после тяжких страданий, без ропота и великодушно им перенесенных, был сожжен. Тело его, оставшееся в огне невредимым, было брошено без погребения. Один из друзей пошел, в глубокую ночь, отыскивать тело мученика и, нашедши его по сиявшему над ним свету, отнес на свою родину, в Киликийскую страну, и здесь тело Никиты, положенное в церкви, прославилось чудесными исцелениями.

II. Св. великомученик Никита, без ропота перенесший тяжкие страдания за Христа, служит для нас, братие, живым учителем той истины, что скорби нужно переносить великодушно, без ропота, с полною преданностью Промыслу Божию, допустившему сии скорби.

А. Если скорби, обременяющия нас, произошли от наших грехов: то их надобно переносить великодушно по двум причинам.

а) Во-первых, потому, что скорби в таком случае неизбежны. Скорби следуют за грехами рука об руку. Никакая естественная сила, никакая мудрость не может отстранить скорбей от грехов. Оне соединены между собою также тесно, как естественно быть соединенным действиям с своими причинами. Где дождь, там и грязь; где грех, там и скорбь. Скорбь и теснота на всяку душу человека, творящего злое (Рим. 2, 9), говорит апостол Павел. Видите, в каком тесном союзе грех со скорбями. И следовательно, где допущены грехи, там скорби неизбежны. А потому те, которые имели несчастие впасть в грех, должны поставить себе в непременную обязанность переносить великодушно скорби, их постигшие.

б) Во-вторых, заслуженные скорби надобно переносить великодушно потому, что они предотвращают горести более значительныя, горести ожидающия нас по ту сторону гроба, т.е. геенские мучения. За что мы потерпим в этой жизни наказания, за то не будем наказаны в будущей. Бог правосуден, не наказывает дважды за одно и тоже преступление. Поэтому не без основания христиане, допустившие себя до погрешностей, иногда просят Бога, чтобы Он наказал их в сей жизни, а помиловал бы в будущей. Да и нет сомнения, что лучше потерпеть за грехи скорби временныя, скорби в сей жизни, нежели вечныя, безконечные в жизни будущей. Притом великодушное перенесение скорбей может послужить скорейшему прекращению скорбей.

Легко может случиться, что милосердый Господь, увидя наше великодушие, наше смирение, наше терпение в перенесении постигших нас скорбей, простит нам по благости Своей наши погрешности, прекратит наши скорби и прольет отраду в сердца наши. Некогда, по действию Божию, за грехи, постигли величайшие скорби царя израильского Давида. Он должен был удалиться от царских чертогов, и идти, как изгнанник, в страхе, пешком, босой, под укоризнами (2 царь. 2, 15, 16). Но так как царь Давид все это переносил с удивительным великодушием и терпением, то Бог вскоре умилосердился над царственным изгнанником и прекратил его скорби, возвратив ему и престол, и силу, и славу.

Скорби не заслуженныя, но посылаемые или попущаемые Богом для испытания нашей веры, для возвышения нашего освящения, должно переносить великодушно по следующим причинам.

а) Во первых скорби, о которых говорим, должно переносить великодушно из подражания Христу Спасителю, апостолам и прочим святым угодникам Божиим. Иисус Христос мужественно переносил все неприятности в продолжение жизни, с Ним встречавшиеся. Самые крестные страдания, самую смерть Спаситель претерпел великодушно, в высочайшей степени. Апостол Павел не только терпеливо переносил скорби, удручавшие его, но и радовался в страданиях своих. Радуюся в страданиях моих (Кол. 1, 24), писал он к колоссаем.

б) Во вторых, скорби, посылаемые от Бога, надобно великодушно переносить, чтобы не лишиться душевной великой пользы, для которой посылаются нам скорби. Пластырь, прикладываемый к ранам, тогда оказывает свое действие, когда больной терпеливо носит его на язвах. В противном случае самый лучший пластырь, безвременно сброшенный с язвы, не сделает больному пользы. То же можно сказать и о скорбях. Нетерпеливое перенесение скорбей может сделать их не действительными, бессильными достигнуть благотворной цели, для которой они премудрым Промыслом нам посылаются.

в) При том скорби надобно великодушно переносить и потому, что они необходимы на пути душевного спасения. Многими скорбми подобает нам внити в царствие Божие (Деян. 14, 22), говорит священное писание.

г) Наконец надобно переносить бедствия и из благодарности к Богу, посылающему нам скорби, потому что Господь Бог посылает скорби преимущественно тем, кого Он любит. Аще наказание терпите, говорит апостол Павел, яко же сыновом обретается вам Бог (Евр. 12, 7). Отец земной наделяет любимых детей своих подарками: а Отец небесный осыпает любимых Своих детей, христиан, скорбями. Его же любит Бог, наказует, говорит священное писание. Биет же всякого сына, его же приемлет (Рим. 12, 6).

III. Причины, побуждающия нас, слуш., великодушно переносить скорби, очевидны. Будем благоразумны и справедливы. Если угодно Богу посетить нас скорбями, то будем переносить их великодушно, терпеливо, безропотно, подобно св мученику Никите, ныне ублажаемому. Таковое мудрое перенесение скорбей вознаградит нас сторицею если не в сей жизни, то в будущей непременно. Аминь.

Данные исследователей говорят о том, что иконография образа сложилась в XVI веке под влиянием западных гравюр и икон со сложной символикой. Однако большая часть сохранившихся икон «Прибавление ума» относится к XVIII-XIX векам. На них Пресвятая Дева и Богомладенец изображаются с царскими венцами на главах, при этом Христос благословляет правой рукой, а в левой руке Его — держава, символ царской власти. Богоматерь с Младенцем изображается на темнооливковом фоне в лучах Божественного света. Особенность иконы — своеобразные одеяния. Божия Матерь облачена вместе с Богомладенцем в длинный колоколообразный плащ — далматик. Он красного цвета, богато расшит золотыми крестами и украшен драгоценными камнями. В верхних углах иконы — лампады с языками пламени. Пречистая Дева изображена на фоне звездного неба, открывающегося под аркой портала. С обеих сторон подлетают к Богоматери с Младенцем Ангелы с зажженными свечами; над главами Их — три Серафима, в подножии — Херувим с распростертыми крыльями. Внизу виднеется город, символ Горнего Иерусалима.

Сохранилось старинное сказание, объясняющее происхождение названия иконы: «В ближайшее время после патриарха Никона жил в Москве один благочестивый человек. Много он читал книг церковных Иосифовского времени, а потом стал читать книги, исправленные патриархом Никоном. Начитавшись тех и других книг, стал он много думать и размышлять: будет ли он прав пред Богом и каким книгам нужно следовать ему, чтобы спастись; долго он думал, но решить вопроса не мог и сошел с ума. Когда возвращалось к нему сознание, он молился Божией Матери, чтобы Она возвратила ему разум. По его молитве последовало ему видение Божией Матери. Она заповедала ему написать образ в том виде, как Она явилась ему, и молиться пред ним, и обещала, что если он исполнит это, будет здоров. Человек тот был иконописец. После видения, когда возвращалось к нему сознание и прояснялся рассудок, он принимался писать образ Божией Матери. Но так как видение было кратко, то он забывал, как писать образ. Тогда он снова молился Богоматери и продолжал писать так, как внушал ему Бог. Таким образом он написал икону и назвал ее «Прибавление ума» ».

В начале XX века русский исследователь Андрей Александрович Титов установил, что прототипом иконы Божией Матери «Прибавление ума» послужила статуя Богоматери из города Лорето в Италии (точное указание на первообраз дал ему академик Никодим Павлович Кондаков): «Изображение этой иконы появилось на Руси, очевидно, с XVI века. В Лорето находится Святой домик или Святая хижина, где помещается образ Богоматери. Этот образ сделан целиком из кедрового дерева, покрытого сплошь бриллиантовыми ривьерами и жемчужными нитками. Изображение Богоматери, в общем сходно с иконой «Прибавление ума», которая западного происхождения, только переделана на «московский манер»».

В конце XX столетия выводы А.А Титова получили новые подтверждения трудами многих итальянских историков, археологов и искусствоведов. Паломники к Святому Дому в Лорето теперь могут увезти с собой такую же картонную иконку «Прибавление ума», какая продается в московских православных церковных лавках, только под итальянской иконкой добавлена подпись: «Богоматерь Лоретская. Русская икона XVIII века. Старославянская надпись гласит: «Икона Пресвятой Матери Божией, Пречистой Девы Марии, называемая Ключ мудрости».

На Руси самая древняя из известных икон Божией Матери «Прибавление ума» находится в Ярославской области в Покровском храме города Романов-Борисоглебск (Тутаев).

Чудотворный образ «Прибавление ума» начала XVIII века находится в Московском Тихвинском храме в Алексеевском.

Перед этой иконой обращаются с молитвой к Богоматери и Ея Богомладенцу как к источнику высшей мудрости и разума. Просят о «прибавлении ума», о даровании помощи в учении, а также о духовном просвещении и помощи в воспитании детей.

Возвращаясь из Вифании в Иерусалим, Господь «взалкал; и увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней, и ничего не нашед над ней, кроме одних листьев, говорит ей: да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла».

Ученики «удивились и говорили: как это тотчас засохла смоковница»? Их поразило точное исполнение Господних слов. А современному человеку более жалко бедное дерево, как жалко утонувших гадаринских свиней. В наше время вообще непомерно выросла любовь к собачкам, к кошечкам, к свинкам, и почти исчезло чувство несравненной ценности человека, созданного по образу и подобию Божию. А Господь, чтобы вернее спасти нас, часто на низшей твари наглядно показывал, какие пути куда ведут.

Господь взалкал, а смоковница не напитала Его. Она имела густую листву, и Господь вправе был искать на ней плода, потому что с таким признаком плодоношения Он сотворил смоковницу. А все, что нарушает замысел Творца, сразу становится на грань гибели, несмотря на внешний блеск и благолепие.

На такое бесплодие однажды наткнулся и Апостол Павел. Вникая в жизнь внешне процветавшей коринфской церкви, он вдруг на некоторых ветвях не нашел ожидаемых плодов, не нашел самого главного, для чего существует Церковь. И он в недоумении восклицает: «Если же о Христе проповедуется, что Он воскрес из мертвых, то как некоторые из вас говорят, что нет воскресения мертвых»? А действительно, что может издавать более смертоносный запах, чем, если посеянное семя – факт воскресения из мертвых Иисуса Христа – не приносит в каждом члене Церкви, в каждой ветви этого ствола, – обильного плода: ожидания и своего личного воскресения из мертвых и своего личного участия в жизни будущего века? Если в нас нет этой веры и этого чаяния, если «нет воскресения мертвых, то», – с неумолимой последовательностью заключает Апостол, – «и Христос не воскрес. А если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша»: «вы еще в грехах ваших. Поэтому и умершие во Христе погибли. И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы» не просто заблуждаемся или ошибаемся, но – просто-напросто «несчастнее всех человеков».

Вот так мы часто своим внешним благообразием привлекаем людей, алчущих правды и жаждущих победы над смертью; а они, подойдя ближе, вместо радости о воскресшем Господе, видят уныние, суету и животный ужас перед смертью. Куда же им идти? Где искать? И чего мы после этого заслуживаем?.. На примере смоковницы Господь именно это и показал, именно от этого и предостерег.

Однажды Господь Иисус Христос понудил «учеников Своих войти в лодку и отправиться на другую сторону» Геннисаретского озера, а Сам «взошел на гору помолиться наедине; и вечером оставался там один. А лодка была уже на средине моря, и ее било волнами, потому что ветер был противный. В четвертую же стражу ночи пошел к ним Иисус, идя по морю».

Страшно видеть нарушение привычного хода вещей. Страшно, когда бездействуют гражданские законы. А уж когда перестают действовать законы физические, – в сердце начинается неописуемая паника. Вот и Апостолы, когда увидели Господа, идущего по воде, «встревожились и говорили: это призрак; и от страха вскричали».

А между тем, что правильнее: верить в твердую незыблемость материи и ее законов, или – помнить, что все текуче и призрачно, что все готово в любой миг разверзнуться, поглотить, сжечь? Тем более, Сам Господь сказал, что некогда так и будет, что «вдруг… солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются» (Мф.24:29). И это может произойти в любой момент, и никому не открыто о временах и сроках.

Как и самую землю, по свидетельству Писания, Бог чудесно «повесил… ни на чем» (Иов.26:7), так и всякий человеческий шаг есть чудо. Потому что он даже не по воде, но – над огненной бездной.

Но когда Бог приоткрывает эту правду, то каждый шаг становится еще и чудом веры в Того, Кто «не попустит вам быть искушаемым сверх сил» (1Кор.10:13). Далеко не каждый может сразу вынести всю правду. Петр думал, что сможет, и сказал: «Господи! если это Ты, повели мне придти к Тебе по воде. Он же сказал: иди. И вышед из лодки, Петр пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу, но, видя сильный ветер, испугался и, начав утопать, закричал: Господи! спаси меня».

Каким же твердым должно быть основание нашей веры, тот дом, в котором нам предстоит жить, и тот камень, который лежит в его основании! Апостол пишет о строительстве этого дома: «Я, по данной мне от Бога благодати, как мудрый строитель, положил основание», то есть открыл истину, возвестил все, что нужно знать для спасения. «А другой строит» на этом основании, помогает истину усваивать. «Но каждый смотри, как строит».

Вот эти слова особенно надо запомнить. Мы – Божий народ, а не стадо. Каким бы мудрым и знающим ни казался «духовный строитель», – конечная ответственность лежит на каждом из нас. И каждый обязан проверять всякое услышанное учительное слово – и Священным Писанием, и общецерковным преданием, и соображением разума, и голосом совести. Чтобы никакой волк в обличии пастыря не мог «положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос». Ведь не кому-то, а самому тебе идти по мосту твоего спасения через бездну твоей погибели. И поэтому ты обязан все сделать, чтобы быть уверенным, что очередной твой шаг не будет в пустоту, и что спасительный Крест Христов всегда будет твоей опорой.

Апостол пишет: «Кто различает дни, для Господа различает; и кто не различает дней, для Господа не различает. Кто ест, для Господа ест, ибо благодарит Бога. И кто не ест, для Господа не ест, и благодарит Бога».

Господь один, а у каждого – свой темперамент, свой строй души, свой подход к жизни. Иной в одном цветке увидел всю премудрость Божию и навеки преклонил колена. А другой с умилением ходит по полям и лугам, открывая новые и новые оттенки этой бесконечной премудрости. Иной посещает только свой храм. А кто-то любит ходить и в другие, любит ездить по монастырям, по святым местам. Для него надо видеть все богатство церковной жизни, все многообразие человеческой святости.

Один «различает дни», старается как можно полнее переживать события земной жизни Господа, Богородицы и прочих святых. А для кого-то все – один день Господень. Для него в каждой литургии во всей полноте – и Рождество Христово, и Крест, и Воскресение, и слава святых.

Один «ест», помня, что еду посылает Бог, и что всякий раз это – такое же чудо, как и когда Господь несколькими хлебами насытил несколько тысяч человек. И он ест как на вечери Господней, благоговейно, тихо, и благодарит Бога. А другой «не ест» ради подвига воздержания. Он понимает, что воздержаться ради Господа – еще больший дар, чем пользоваться Божьими дарами. И он «благодарит Бога» за то, что «не ест».

Так, что бы человек ни избрал, – главное, чтобы это было не «для себя», а для Господа. Тут легко себя проверить. Делающий поистине для Господа, выбрав одно, испытывает искреннее уважение к тому, кто выбрал другое. Он ни чужую невоздержанность не будет осуждать, ни к чужому воздержанию не будет придираться. Ему не придет в голову хвалиться ни тем, что он «ест», ни тем что он – «не ест». Потому что во Христе всем найдется место. Уж насколько живой чужд мертвому, а Христос Своей любовью смог объять и тех, и других. «Христос для того и умер, и воскрес, и ожил, чтобы владычествовать и над мертвыми, и над живыми». Он Своей любовью, подобно молнии, прошел сквозь все: сквозь небо, сквозь землю, и сквозь преисподнюю. И теперь во всем, как в наэлектризованном пространстве, – след Его присутствия. Все обрело новый смысл, все получило спасительную силу. И никто из нас «не живет для себя, и никто не умирает для себя, а живем ли – для Господа живем, умираем ли – для Господа умираем. И поэтому, живем ли, или умираем, – всегда Господни».

Священное Писание показывает, как проходили богослужебные собрания первых христиан. «Итак, что же братия? – пишет Апостол. – Когда вы сходитесь, и у каждого есть псалом, есть поучение, есть язык, есть откровение, есть истолкование, – все сие да будет к назиданию». Не говорит Апостол о недостатке чего-то, о необходимости что-то приобрести. Он заботится, как привести в должный порядок все множество даров Святого Духа. «Если кто говорит на незнакомом языке, говорите двое, или много трое, и то порознь, а один изъясняй. Если же не будет истолкователя, то молчи в церкви, а говори себе и Богу. И пророки пусть говорят двое или трое, а прочие пусть рассуждают. Если же другому из сидящих будет откровение, то первый молчи. Ибо все один за другим можете пророчествовать, чтобы всем поучаться и всем получать утешение. И духи пророческие послушны пророкам; потому что Бог не есть Бог неустройства, но мира. Так бывает во всех церквах у святых».

Но надо помнить, что и языки, и откровения, и богодухновенные молитвы, и дар истолкования, – все это лишь чистые действия Самого Духа. Эти щедрые дары еще должны быть восприняты и усвоены людьми, подобно как солнечный свет усваивается живыми растениями. И чем сильнее, чем очевиднее действие Духа, тем страшнее остаться без плода. Господь показал это на примере смоковницы, которая красовалась богатой листвой, но не имела плодов. Господь проклял ее, и она засохла. Это – предупреждение, и не только для древней Церкви, богатой яркими дарами, но и для нас. И нам очень много дано. У нас есть Священное Писание, Предание, богатая христианская письменность. Есть у нас огромный двухтысячелетний опыт христианской жизни и спасения. Все наши молитвы, поучения, назидания – от того же духовного корня, от которого шли откровения и пророчества в собраниях первых христиан. Но кто же виноват, что все это у нас лежит как бы в сундуке, который мы ярко раскрасили, но открываем так редко, что поистине отсекаем себя от живоносного корня. Мы даже забываем, для чего нам нужны храмы, для чего христиане должны сходиться вместе. И зачастую у нас вся духовная жизнь сводится к тому, что одни просто приходят в храм покупать за деньги здоровье, успех, душевный комфорт, а другие приходят этим торговать. А Господь и насчет этого наглядно предупредил, когда однажды «выгнал всех продающих и покупающих в храме», напомнив, что это «дом молитвы», а не «вертеп разбойников».

Не будем же завидовать первым христианам, а лучше станем дорожить и пользоваться тем, что у нас есть. Чем больше даст Господь, тем больше Он и спросит. А чтобы усвоить данное Богом и спастись, древним христианам надо было приложить ничуть не меньше усилий, чем нам с вами.

Преподобномученики Феодор и Василий Печерские подвизались в ХI в. в Ближних пещерах Киева. Святой Феодор роздал свое богатство нищим, удалился в монастырь и поселился в варяжской пещере, соседней с пещерами преподобного Феодосия. Много лет пробыл он тут в строгом воздержании. Когда враг посеял в нем скорбь о розданном имении, святой Василий утешал его: «Прошу тебя, брат Феодор, не теряй награды; если хочешь имения, возьми все, что есть у меня». Преподобный Феодор раскаялся и сердечно полюбил преподобного Василия, вместе с которым жил в келлии. Однажды преподобный Василий в течение трех месяцев нес послушание вне монастыря. Бес, приняв его облик, явился к преподобному Феодору и указал сокровища, когда-то сокрытые в пещере разбойниками. Инок хотел уже выйти из монастыря, чтобы купить имение и жить в миру. Но когда вернулся преподобный Василий, бесовский обман раскрылся. С тех пор преподобный Феодор стал внимательнее к себе. Чтобы в праздности не увлекаться помыслами, он поставил у себя жернов и по ночам перемалывал зерно. Так долгими и усердными подвигами он освободился от страсти сребролюбия.

До князя Мстислава Святополковича дошел слух, что инок Феодор нашел много сокровищ в пещере. Он вызвал к себе преподобного и велел указать место, где спрятаны ценности. Святой Феодор ответил князю, что и в самом деле он видел в пещере много золота и сосудов, но от соблазна он вместе с иноком Василием зарыл их, а Бог отнял у него память, где оно сокрыто. Не поверив святому, князь приказал замучить его до смерти. Святого Феодора избили так, что вся власяница его была смочена в крови, затем его повесили вниз головой, разложив под ним костер. В пьяном состоянии князь повелел истязать и святого Василия, а затем сам убил его стрелой. Умирая, преподобномученик Василий бросил стрелу к ногам князя Мстислава и предсказал, что скоро он сам будет смертельно уязвлен ею. Пророчество исполнилось: 15 июля 1099 года на стене Владимирской крепости князь Мстислав во время междоусобной войны с Давидом Игоревичем был неожиданно сквозь отверстие доски поражен стрелой в грудь и в следующую ночь скончался. Узнав свою стрелу, князь сказал: «Умираю за преподобномучеников Василия и Феодора».

Тропарь, глас 1
Сою́зом любве́ связа́вшеся, преподо́бнии,/ всяк сою́з ко́зней вра́жиих попра́сте,/ страда́ние же и смерть непови́нне/ от сребролюби́ваго кня́зя претерпе́сте до́бле,/ тем мо́лим вас, вку́пе пожи́вших/ и венцы́ муче́ния прие́мших,/ моли́теся Го́сподеви о нас,/ я́ко да во мно́зей любви́, ве́ре и наде́жди до́бре пожи́вше,/ всегда́ ублажа́ем вас,// Фео́доре и Васи́лие добропобе́днии.

«Один телесный пост не может быть достаточным к совершенству сердца и чистоте тела, если не будет соединен с ним и пост душевный, – говорит преподобный Иоанн Кассиан. – Ибо и душа имеет свою вредную пищу. Отяжеленная ею, душа и без избытка телесной пищи впадает в сладострастие. Злословие есть вредная пища для души, и притом приятная. Гнев есть также пища ее, хотя вовсе не легкая, ибо часто питает ее неприятной и отравляющей пищей. Тщеславие – пища ее, которая на время услаждает душу, потом опустошает, лишает всякой добродетели…».

Молитва не в том только состоит, чтобы стоять и кланяться телом пред Богом и написанные молитвы читать; можно и без этого в любое время и в любом месте умом и духом молиться. Можешь на ходу, во время еды, лежа, в пути, за трапезой сидя, дело делая, при людях и в уединении к Богу ум и сердце обращать и так милости и помощи у Него просить. Бог везде и в любом месте есть, и всегда двери к Нему открыты, и подход к Нему прост, не так, как к человеку; и везде и всегда по Своему человеколюбию Он готов нас слушать и нам помогать.

свт. Тихон Задонский

Кто умирал так из земнородных, как умерла Пресвятая Богородица? Чье смертное ложе окружали лики апостолов? В возглавии чьего смертного одра сияла небесным светом райская ветвь, принесенная архангелом Гавриилом за три дня до смерти Пресвятой Богородицы?
Чью душу пришел принять Сам Господь и Бог наш Иисус Христос?
О никто, никто, конечно, никто!
Не смертью, а блаженным успением называем мы кончину Пресвятой Богородицы. Она уснула блаженным вечным сном.
На ней исполнились слова Спасителя: «Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Ин. 5, 24).
Неужели можно представить себе, чтобы на суд предстали Пресвятая Богородица, Иоанн Креститель, святые апостолы, святые пророки, весь бесчисленный сонм мучеников?!
О нет, о нет! Этого представить себе нельзя.
Над ними исполнятся слова Иоанна Богослова из Откровения его (глава 20) о смерти первой и смерти второй.
Смерть первая это то, что испытает всякий земнородный — смерть тела. А смерть вторая — это ужасная вечная смерть тех, кто погряз во грехах, кто услышит страшные слова Христовы: «Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его».
Смерти второй, конечно, не вкусят все праведники, все те, кончина которых была подобна кончине Пресвятой Богородицы, чья кончина была тоже не мучительной, обычной для людей смертью, а блаженным успением.
Ибо знаем мы, что блаженным успением кончили жизнь свою весьма многие великие праведники.
На коленях пред образом Пречистой Богородицы скончался блаженным успением, уснул преподобный и богоносный отец наш Серафим Саровский.
И так же, как он, на коленях пред образом скончался великий святитель земли русской, блаженной памяти Филарет, митрополит Московский.
Блаженна была смерть многих и многих праведников.
А слышим мы на каждой литургии, вот и только что слышали, страшные слова: «Смерть грешников люта».
О как люта бывает смерть грешников!.
О как это страшно!
О да сохранит всех нас, грешных, Господь Иисус Христос от такой страшной, такой позорной участи.
Да будет кончина наша хоть в малой мере подобна блаженному успению.
Что же надо для того, чтобы стяжали мы блаженное успение, чтобы смерть наша не была лютой смертью грешников?
Что мешает тому, чтобы стяжали мы блаженную кончину?
На каждой утрени при чтении шестопсалмия слышите вы слова пророка и псалмопевца Давида: «Несть мира в костех моих от лица грех моих».
Грехи, грехи, наши окаянные неисчислимые грехи лишают нас мира. А блаженной кончины удостаиваются только те, кто стяжал мир, блаженный Божий мир.
Господь и Бог наш Иисус Христос незадолго до Вознесения Своего сказал ученикам Своим: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам» (Ин. 14–27).
Он оставил всем праведным, всем тем, кто пошел вслед за святыми апостолами, свой, Божественный мир.
Христов мир есть мир Духа, вечный, ничем ненарушимый мир. Он неразрывно связан с радостью о Святом Духе, с высшей мудростью: он не нарушается никакими оскорблениями, лишениями имущества, страданиями.
Мир, который дает мир, есть мир внешний, покой от внешних нападений. Он очень шаток: сегодня мир, завтра война.
Но не только войны между народами отнимают мир: все мы постоянно воюем друг с другом, и мир, который дает мир, — это кратковременный покой от нападения на нас людей и наших нападений на них.
Не только такой мир нужен нам, нам нужен тот мир, о котором сказал пророк Давид в псалме 36-м: «…кроткие наследуют землю и насладятся множеством мира».
Чтобы наследовать множество мира, мало стяжать кротость и смирение. Этот мир дается тем, очи которых постоянно источают слезы, — не слезы от скорбей, которых у вас так много, а другие слезы, слезы святые, слезы горького покаяния о грехах ваших, слезы о зле, неправде и страданиях, которых так много в мире; слезы о тех, кто погибает в неведении Господа Иисуса Христа, кто никогда не взирает на крест Христов, кто равнодушен к нему.
Те, кто умеет плакать такими слезами, — только те получат мир Христов, мир вечный и ненарушимый.
Каким же путем достигается такой мир?
Тем путем, который указывает апостол Павел, говоря: «Поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти, ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы» (Гал. 5, 16–17).
Надо жить жизнью духа, а не жизнью плоти. Надо стяжать в этой жизни постоянными подвигами борьбы духа с плотью великие плоды духа, которые так определяет святой Павел: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал. 5, 22–23).
Вот те, только те, кто живет жизнью духа, а не жизнью плоти, получат мир.
Мир они собирают в сердца свои в течение всей своей жизни изо дня в день, подобно тому, как пчела собирает мед с цветов. Она трудится весь день. Надо и нам работать Господу все дни жизни нашей, надо и нам собирать крупицы мира душевного постоянным деланием не плоти, а духу.
Подумайте, может ли Дух Святой, дух мира, обитать в сердце, в котором бушуют страсти? Может ли Он обитать, как в Своем храме, в сердце, которое наполнено плотской похотью, страстью сребролюбия, в сердце, которое кишит завистью, тщеславием, которое полно гордости бесовской?!
О нет! О нет! Дух Святой не войдет в такое полное страстей сердце — там нет Ему места.
Так вот, если хотите, чтобы кончина ваша была блаженным успением, конечно, не столь блаженным, как успение Пресвятой Девы, работайте не плоти, а духу.
Собирайте мир в сердца ваши изо дня в день.
Это трудно, это очень трудно, это должно быть делом всей жизни, это великий подвиг.
Речь свою вам закончу я словами святого апостола Павла: «Сам же Господь мира да даст вам мир, всегда во всем. Господь со всеми вами! Аминь» (2 Фес. 3, 16).

В греческом часослове 1897 года так объясняется происхождение этого праздника: «По причине болезней, весьма часто бывавших в августе, издревле утвердился в Константинополе обычай износить Честное Древо Креста на дороги и улицы для освящения мест и в отвращение болезней. Накануне (31 июля), износя его из царской сокровищницы, полагали на святой трапезе Великой церкви (в честь Святой Софии — Премудрости Божией). С настоящего дня и далее до Успения Пресвятой Богородицы, творя литии по всему городу, предлагали его потом народу для поклонения. Это и есть предъисхождение Честного Креста».
В Русской Церкви это празднество соединилось с воспоминанием Крещения Руси 1 августа 988 года. В «Сказании действенных чинов святыя соборныя и апостольския великия церкви Успения», составленном в 1627 году по повелению Патриарха Московского и всея Руси Филарета, дается такое объяснение праздника: «А на происхождение в день Честного Креста бывает ход освящения ради водного и просвещения ради людского, по всем градам и весем».
Известие о дне Крещения Руси сохранилось в хронографах ХVI века: «Крестися князь великий Владимир Киевский и вся Русь августа 1».
По принятому ныне в Русской Церкви чину малое освящение воды 1 августа совершается до или после литургии. Вместе с освящением воды совершается освящение меда.

Успенский пост продолжается две недели. Начинается он праздником Изнесения Честных Древ Животворящего Креста Господня (1/14 августа), а заканчивается праздником Успения Божией Матери (15/28 августа). И если праздник Успения приходится на среду или пятницу, разговенье предполагается не в этот, а на следующий день (точнее: если праздник Успения Пресвятой Богородицы выпадает на среду или пятницу, то устав разрешает рыбу). По строгости он близок к Великому посту. Помимо обычных мясных и молочных продуктов, устав запрещает вкушать постом рыбу, кроме праздника Преображения (Типикон, Глава 33). В постановлениях «об охранении православной веры» (1885 г.) также указано, что в числе прочих на время Успенского поста в Российской империи запрещались «публичные маскарады и зрелища»

Сей же род не исходит, токмо молитвою и постом.
(Мф.17:21)
Пост и молитва суть два непобедимых оружия, которые с небесе даны Церкви для борьбы против всех видимых и невидимых врагов. Три таких страшных врага ведут против нас непрестанную войну: мир, диавол и плоть. Мир воюет с нами суетностью и лживостью жизни; диавол – тайными нехотениями и худыми помышлениями, плоть – негою, удовольствиями, постыдными склонностями и стремлениями. И трое воюют против нас, как будто сговорясь, дружно и во всеоружии искушений. Но мы очень счастливо отражаем нападающих на нас и побеждаем их молитвою и постом. Умерщвляем плоть, обращаем в бегство диавола, попираем мир; и окрыляемые как бы двумя крыльями, с одной стороны молитвою, с другой – постом, мы, возносяся духом к небу, поднимаемся над сетями и избегаем козней искушения. Поэтому божественный Златоуст так говорит о молитве: «где молитва и благодарение, там ясно намечается область Святого Духа, демоны обращаются в бегство и вся противная сила убегает». О посте же говорит Василий Великий, что с помощью воздержания и поста «одерживается победа над невидимыми врагами», как относительно упоминаемого ныне в Евангелии лунатика утверждает это Христос: сей же род не исходит, токмо молитвою и постом. Наша святая Церковь, которая все делает по наставлению Святого Духа, повелела нам, христианам, в течение этих четырнадцати дней совершать молитву и пост, т. е. призывание (имени Божия) и воздержание в честь преславной Приснодевы Марии, Святейшей Матери Бога нашего. Правда, борьба непродолжительна, но победа очень блестяща и следствия победы обильны. Подвигоположница, сама Богоневестная Владычица, Царица неба и земли, сидит одесную престола Трисиятельного Божества и, взирая долу на подвиг, держит венцы, чтобы увенчать победителей. Блаженны мы, если будем подвизаться, как должно. Кто в эти святые дни молитвою и постом мужественно победит мирские попечения, дьявольское ухищрение, плотское помышление, тот пусть с уверенностью дерзает и получит от Богоматери достойный дар. Это я утверждаю от лица Самой Пресвятой Девы и посему сегодня укажу, какую благодать и помощь получает от Пречистой Владычицы тот, кто чувствует к Ней благоговение и чтит Ее молитвою и постом.
Святейшая Дева есть и называется Матерью в двух смыслах: во-первых, как Матерь Бога, и во-вторых, как Матерь всех христиан. Она Матерь Божия по естественному рождению, и Матерь христиан по усыновлению. Она Матерь Божия по рождению, воистину Богородица, ибо поистине родила Самого Сына Божия от нетленного своего чрева, где Божественное Слово соединилось с плотью, и в единой нераздельной ипостаси объединило Свою Божескую и человеческую природу превыше естества, слова и разумения. Она – Матерь всех христиан по усыновлению: если мы – по благодати сыноположения – названные братья Иисуса Христа (Евр.2:11), Которого родила Дева, и (если) Сам Иисус Христос, как говорит Павел, пребывает посреди нас, как перворожденный во многих братьях, то, следовательно, мы – названные сыны Богородицы. Как Матерь Божия, по материнскому достоинству, Она должна иметь у Бога такую благодать, какую прилично иметь матери у сына; с другой стороны, как Матерь христиан, в силу материнской любви, Она должна оказывать христианам такую же милость, какую мать должна оказывать своим детям.
Но благодать, которую имеет Всесвятая Дева от Бога, должна соответствовать достоинству Матери Бога, а это достоинство беспредельно; стало быть, и благодать, которую Она получает, беспредельна. Равным образом и милость, которую Она оказывает христианам, должна соответствовать любви матери к детям, а эта любовь беспредельна; следовательно, и милость, оказываемая Ею, беспредельна. И, далее, соразмеряя беспредельную благодать, которую Она, как Матерь Божия, получает от Бога, и беспредельную милость, которую Она как Матерь христиан, оказывает христианам, (должно признать), что Дева есть море благодатных сил.
И действительно, Она – море великое по обширности, ибо воспринимает, как Матерь Божия, все неистощимые реки божественных дарований Духа; – море великое по вместимости, ибо, как Матерь христиан, в изобилии изливает на них те же божественные дарования; таким образом, по дарованиям, которые Она воспринимает, как Матерь Божия, есть море беспредельное; а по дарованиям, которые раздает, как Матерь Христиан, Она – море неисчерпаемое. Слушатели, благоговейно чтущие Деву, я хочу, чтобы вы на этот раз из всех Ее преимуществ пред прочими созданиями обратили внимание на это, – что Она есть Матерь Божия и Матерь христиан. И как Матерь Божия, Она более всех святых и всех ангелов имеет дерзновение у Бога, Своего Сына; а как Матерь христиан, Она больше, чем все – и святые и ангелы, оказывает нам, Своим детям, благодеяний.

Святой мученик Иоанн Воин служил в императорском войске Юлиана Отступника (361–363). Наряду с другими воинами его посылали преследовать и убивать христиан. Оставаясь внешне гонителем, святой Иоанн на деле оказывал гонимым христианам большую помощь: тех, которые были схвачены, освобождал, других предупреждал о грозящей им опасности, содействовал их побегу. Святой Иоанн оказывал милосердие не только христианам, но и всем бедствующим и требующим помощи: посещал больных, утешал скорбящих. Когда Юлиан Отступник узнал о действиях святого, то заключил его в темницу. В 363 году император был убит на войне с персами. Святой Иоанн вышел на свободу и посвятил свою жизнь служению ближним, жил в святости и чистоте. Скончался он в глубокой старости.

Год кончины его точно не известен, место погребения святого Иоанна Воина постепенно было забыто. Он явился одной благочестивой женщине и указал место своего упокоения. Оно стало известно в этом округе. Обретенные его мощи были положены в церкви апостола Иоанна Богослова в Константинополе. Господь даровал святым мощам Иоанна Воина благодатную силу исцеления. По молитвам святого Иоанна получают утешение обиженные и скорбящие. В Русской Церкви Иоанн Воин свято чтится как великий помощник в скорбях и в различных житейских обстояниях.

Тропарь, глас 4
Всеблага́го Бо́га и Царя́/ благове́рный раб и во́ин яви́лся еси́, Иоа́нне чудоде́телю,/ постра́дав бо ра́ди ве́ры му́жески,/ блаже́нно же сконча́в тече́ние,/ зри́ши Всетворца́ Го́спода в Небесе́х светле́йше./ От Него́же прие́м дарова́ние чуде́с,/ стра́ждущим челове́ком во вся́ких напа́стех помога́еши,/ укрепля́еши во́ины в ра́тех,/ от враго́в плене́ния, ран же и внеза́пных смерте́й и от бед лю́тых изыма́еши./ Те́мже моли́ Влады́ку Христа́, приснопа́мятне,/ да во вся́ком обстоя́нии сотвори́т нам ми́лость,/ и не введе́т нас во искуше́ния,// но спасе́т ду́ши на́ша, я́ко Человеколю́бец.

Кондак, глас 6
Благочести́ваго во́ина Христо́ва,/ победи́вшаго враги́ душе́вныя и теле́сныя богому́дренно,/ Иоа́нна му́ченика достодо́лжно пе́сньми восхва́лим,/ чудоде́йствуя бо, подае́т оби́льная исцеле́ния стра́ждущим лю́дем/ и мо́лится Го́споду Бо́гу// от вся́ких бед спасти́ правове́рныя.

Молитва
О, му́чениче Христо́в, Иоа́нне во́ине! Хра́брый еси́ во бра́нех, и враго́м прогони́тель, и оби́димым засту́пник, всем правосла́вным христиа́ном. О вели́кий засту́пниче и уго́дниче Христо́в, Иоа́нне вои́нственниче! Поми́луй нас, гре́шных и недосто́иных, и заступи́ в беда́х и в ско́рбех, и в печа́лех и во вся́кой злой напа́сти, и от вся́каго зла́го и оби́дящаго челове́ка, тебе́ бо дана́ бысть такова́я благода́ть от Бо́га, е́же моли́тися за ны, гре́шныя, в беда́х и напа́стех зле стра́ждущия. Изба́ви у́бо нас от оби́дящих и ненави́дящих, бу́ди нам побо́рник кре́пок на вся ви́димыя и неви́димыя враги́ на́ша. О вели́кий побо́рниче, Иоа́нне во́ине! Не забу́ди нас, всегда́ моля́щихся тебе́, прося́щих по́мощи и неоску́дныя ми́лости твоея́, и сподо́би нас, гре́шных и недосто́йных, получи́ти от Бо́га неизрече́нная блага́я, я́же угото́ва лю́бящим Его́. Я́ко подоба́ет Ему́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пост среды и пятницы – одна из традиций Православной Церкви, к которой мы настолько привыкли, что большинство верующих просто никогда не задумывалось о том, как и когда он возник.

Действительно, практика эта очень древняя. Несмотря на то что она не упоминается в Новом Завете, о ней свидетельствует уже раннехристианский памятник «Дидахи», или «Учение двенадцати апостолов», возникший в конце I – начале II вв. в Сирии. В 8 главе этого текста мы читаем интересное предписание: «Посты же ваши да не будут с лицемерами, ибо они постятся во второй и пятый день недели. Вы же поститесь в четвертый и шестой».

Перед нами – традиционный ветхозаветный счет дней недели, соответствующий порядку творения в 1 главе книги Бытия, где каждую седмицу завершает суббота.

Если перевести текст на язык известных нам календарных реалий (первый день недели в «Дидахи» – следующее за субботой воскресенье), то мы увидим четкое противопоставление двух практик: пост в понедельник и четверг («во второй и пятый день недели») против поста среды и пятницы («в четвертый и шестой»). Очевидно, что вторая из них – это наша сегодняшняя христианская традиция.
Пост лицемеров
В Евангелии мы неоднократно встречаем слово «лицемеры», грозно звучащее из уст Христа (Мф.6:2,5,16,7:5,15:7,16:3 и др.). Он использует его, говоря о религиозных лидерах израильского народа той эпохи – фарисеях и книжниках: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры» (Мф.23,13-15). Более того, Христос прямо осуждает их практику поста: «Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися» (Мф.6,16).
Глядя на пост среды и пятницы в сегодняшней церковной жизни, вспоминаются слова св. Ефрема Сирина: «Поститься христианину необходимо для того, чтобы прояснить ум, возбудить и развить чувство, подвигнуть к благой деятельности волю. Эти три способности человека мы затмеваем и подавляем более всего объеданием, пьянством и заботами житейскими, а через то отпадаем от источника жизни – Бога и ниспадаем в тление и суету, извращая и оскверняя в себе образ Божий».

Прослушайте слова, которыми начинается святая Библия: «В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: Да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью».
Люди, мнящие себя образованными, издеваются над библейской историей творения мира и в особенности издеваются над тем, что свет был сотворен в первый день, а солнце, луна и звезды только в пятый день. Они издеваются над верой нашей в то, что свет мог существовать тогда, когда не было светил небесных.
Ну что же, таким издевательством они обнаруживают только свое научное невежество: они не знают того, что вселенная полна светящейся материи. Мельчайшие частицы материи обладают способностью светиться, им присущ свет.
А свет небесных светил: солнца, луны, звезд — это только результат скопления, сгущения этой светящейся материи, это конденсация материи.
Солнце, луна и звезды образовались путем такой конденсации, путем сгущения материи, которой присуще свечение.
Значит, если Бог в первый день сотворил небо и землю, если сотворил всю ту бесчисленную материю, которой наполнена вселенная, то ничего нет странного в том, что в этот первый день Он наделил материю свойством быть светящейся, быть носительницей света. И знаем, что в необъятной вселенной есть бесчисленно много светящейся материи, которая еще не сгустилась в звезды и солнца.
Это первое. А второе, чего не знают издевающиеся над днями творения, состоит в том, что есть различные виды света, не один только солнечный свет.
Есть еще форма света, которая называется светом фосфорическим. Эта способность материи светиться особым фосфорическим светом, присущим ей, проявляется, между прочим, в том, что огромные глубины и дно океанов и морей, в которые не достигает свет солнечный, вовсе не темны: там светло, там все освещено этим фосфорическим светом.
Эта форма света также присуща самому веществу, самой материи.
Но оставим науку, будем говорить о другом. Разве не знаете вы, что когда великий пророк Божий Моисей сходил с Синайской горы, неся две каменные скрижали, на которых перстом Божиим написаны были десять заповедей, то лицо его светилось невыносимым для глаз человеческих светом, и просили израильтяне, чтобы покрывал он свое лицо, ибо не могут взирать на него.
Знаете вы, что в великий день Преображения лицо, вся фигура, все одеяние Господа Иисуса Христа блистали подобным же светом.
Читали, вероятно, многие из вас в книге Деяний апостольских, что когда первосвященники и книжники и фарисеи, негодовавшие на проповедь апостолов, велели их заключить в тюрьму, то ночью явился в темнице ангел Божий, и своим неземным светом осветил всю темницу.
Это какой свет, каким светом сияло лицо пророка Моисея, каким светом светился Господь Иисус Христос на горе Фаворской, какой свет осиял темницу, когда вошел в нее ангел?
Конечно, это не свет материальный, не свет солнца, луны и звезд — это свет Божественный, свет, неведомый миру сему, свет, исходящий от Бога. Но есть еще одна форма света, пожалуй, самая важная для нас — свет незримый, свет, которого не видит око человеческое, свет, имеющий свое происхождение тоже от Бога.
Этим незримым светом светились и светятся доселе тела и лица и глаза людей, всецело возлюбивших Бога, всю жизнь свою посвятивших Богу, людей, целью жизни своей поставивших исполнение заповедей Христовых.
Их глаза, их тела, все их движения — все это проникнуто светом незримым: откуда знаем мы об этом незримом свете, как воспринимаем его? Мы знаем о нем и можем воспринимать его, потому что сами мы существа духовные, не только телесные. Мы состоим, кроме тела, из души и духа — из духа, близкого к Духу Божию, духа, имеющего начало от Него.
А все духовное мы можем воспринимать своим человеческим духом, ибо все формы духа — дух человеческий, дух ангельский, Дух Божий — родственны между собою и имеют способность взаимного проникновения одного в другой.
Дух святых людей незримо может открывать нам то, что таят их души, ибо имеет способность проникать в наши души, в наш дух.
Незримый свет ангелов, незримый свет Духа святого тоже может вступать в общение с нашим человеческим духом.
И чем более глубока жизнь в Боге у праведных людей, тем более все существо их проникнется светом незримым, тем светом, который воспринимается духом человеческим, трепетно воспринимается.
Люди, подобные таким величайшим преподобным, как Антоний Великий, Макарий Великий и наши великие преподобные Антоний и Феодосий Печерские, Сергий Радонежский и Серафим Саровский, были носителями этого незримого света духовного.
Вся жизнь их была жизнью духа. Они презрели плоть, о ней не заботились, заботились только о духе. Вся жизнь их протекала в непрерывной молитве, созерцании всего возвышенного, всего Божественного, в постоянном чтении Св. Писания.
Света незримого был полон великий Святитель Николай, память которого мы празднуем. Он был полон этого света незримого, от него исходившего и воспринимаемого сердцами и душами человеческими.
В чем же источник этого света? Он появляется в сердце человеческом по мере того, как человек все глубже и глубже исполняет закон Христов, по мере того, как более и более творит добрых дел, по мере того, как все более и более милосердным становится он, приближаясь к ныне нами поминаемому Святителю Николаю, избавившему от позорной продажи на блуд тел своих трех дочерей несчастного голодающего человека.
Разве не знаете и о многих других добрых делах его?
Разве не знаете, что был он правилом веры и образом кротости, и незримый свет, как лучи солнечные, исходил от сердца, от всего существа его. Он был кроток, ибо исполнил заповеди Христовы. Он в смирении и кротости приблизился близко к Самому Господу Иисусу Христу, которому он неленостно служил всю жизнь свою.
И именно потому, что свет незримый вот уже полторы тысячи лет исходит от души умершего Святителя, ибо свет этот не погиб со смертью его — именно потому так любим его, что сами стремимся к этому свету духовному, свету незримому.
Стремитесь, стремитесь все к свету незримому, к свету великому, которого был полон Святитель Николай.
Аминь.

Точное время установления празднования Рождества свт. Николая Чудотворца на Руси неизвестно. Прямые свидетельства о праздновании Рождества Святителя в Новгороде относятся к XVI веку. В Чиновнике Софийского собора записано, что празднование сопровождалось крестным ходом «от Софеи к Николе Чудотворцу на Розважу». В 1556 году в Новгороде был основан монастырь, посвященный Рождеству Святителя, как говорится в летописи, монастырь на Розважи улицы Николая Чудотворца Рождение.

Рукопись со службой Рождеству св. Николая была писана в Великом Новгороде в лето 7165 [1657 г.]. Далее след этой службы ведет вглубь России, в том числе в Троице-Сергиеву лавру. Именно в лаврской библиотеке был обнаружен еще один список этой службы Рождеству св. Николая. Он датирован 1723 годом.

В царствование императрицы Екатерины Великой общецерковное празднование Рождества святителя Николая Чудотворца в России было упразднено, возможно потому, что оно отсутствовало в месяцесловах других Поместных Православных Церквей того времени.

В 2004 году патриарх Московский и всея Руси Алексий II благословил по желанию настоятелей храмов и прихожан возобновить празднование Рождества Святителя.

Смоленская икона Божией Матери, именуемая «Одигитрия», что значит «Путеводительница», по Церковному преданию, была написана святым евангелистом Лукой во время земной жизни Пресвятой Богородицы. Святитель Димитрий Ростовский предполагает, что этот образ был написан по просьбе антиохийского правителя Феофила. Из Антиохии святыня была перенесена в Иерусалим, а оттуда императрица Евдокия, супруга Аркадия, передала ее в Константинополь Пульхерии, сестре императора, которая поставила святую икону во Влахернском храме.

Греческий император Константин IХ Мономах (1042–1054), выдавая в 1046 году свою дочь Анну за князя Всеволода Ярославича, сына Ярослава Мудрого, благословил ее в путь этой иконой. После смерти князя Всеволода икона перешла к его сыну Владимиру Мономаху, который перенес ее в начале ХII века в Смоленскую соборную церковь в честь Успения Пресвятой Богородицы. С того времени икона получила название Одигитрия Смоленская.

В 1238 году по гласу от иконы самоотверженный православный воин Меркурий ночью проник в стан Батыя и перебил множество врагов, в том числе и их сильнейшего воина. Приняв в битве мученическую кончину, он был причислен Церковью к лику святых (память 24 ноября).

В ХIV веке Смоленск находился во владении Литовских князей. Дочь князя Витовта София была выдана замуж за великого князя Московского Василия Димитриевича (1398–1425). В 1398 году она привезла с собой в Москву Смоленскую икону Божией Матери. Святой образ установили в Благовещенском соборе Кремля, по правую сторону от царских врат. В 1456 году, по просьбе жителей Смоленска во главе с епископом Мисаилом, икона была торжественно с крестным ходом возвращена в Смоленск, а в Москве остались две ее копии. Одна была поставлена в Благовещенском соборе, а другая — «мера в меру» — в 1524 году в Новодевичьем монастыре, основанном в память возвращения Смоленска России. Монастырь был устроен на Девичьем поле, где «со многими слезами» москвичи отпускали святую икону в Смоленск. В 1602 году с чудотворной иконы был написан точный список (в 1666 году вместе с древней иконой новый список возили в Москву для поновления), который поместили в башне Смоленской крепостной стены, над Днепровскими воротами, под специально устроенным шатром. Позже, в 1727 году, там была устроена деревянная церковь, а в 1802 — каменная.

Новый список воспринял благодатную силу древнего образа, и, когда русские войска 5 августа 1812 года оставляли Смоленск, икону взяли с собой для охранения от неприятеля. Накануне Бородинской битвы этот образ носили по лагерю, чтобы укрепить и ободрить воинов к великому подвигу. Древний образ Смоленской Одигитрии, взятый временно в Успенский собор, в день Бородинской битвы вместе с Иверской и Владимирской иконами Божией Матери обносили вокруг Белого города, Китай-города и кремлевских стен, а затем отправили к больным и раненым в Лефортовский дворец. Перед оставлением Москвы икона была взята в Ярославль.

Так благоговейно хранили наши предки эти иконы-сестры, и Матерь Божия через Свои образы охраняла нашу Родину. После победы над неприятелем икона Одигитрии вместе с прославленным списком была возвращена в Смоленск.

Празднование в честь этого чудотворного образа 28 июля было установлено в 1525 году в память возвращения Смоленска России.

Существует много чтимых списков со Смоленской Одигитрии, которым положено празднование в этот же день. Есть и день празднования Смоленской иконе, прославившейся в ХIХ веке, — 5 ноября, когда этот образ по распоряжению главнокомандующего русской армией М. И. Кутузова был возвращен в Смоленск. В память изгнания врагов из Отечества в Смоленске было установлено праздновать этот день ежегодно.

Святая икона Божией Матери Одигитрии — одна из главных святынь Русской Церкви. Верующие получали и получают от нее обильную благодатную помощь. Матерь Божия через Свой святой образ заступает и подкрепляет нас, путеводствуя ко спасению, и мы взываем к Ней: «Ты верным людям — Всеблагая Одигитрия, Ты — Смоленская Похвала и всея земли Российския — утверждение! Радуйся, Одигитрие, христианом спасение!»

Святой великомученик и целитель Пантелеимон родился в Вифинии (Малая Азия) в городе Никомидия в семье знатного язычника Евсторгия и был назван Пантолеоном (что значит «по всему лев»), так как родители желали видеть его мужественным и бесстрашным юношей. Мать, святая Еввула (память 30 марта), воспитывала мальчика в христианской вере, но рано окончила свою земную жизнь. Тогда отец отдал Пантолеона в языческую школу, а затем обучал его медицинскому искусству у знаменитого в Никомидии врача Евфросина. Отличаясь красноречием, хорошим поведением и необыкновенной красотой, юный Пантолеон был представлен императору Максимиану (284–305), который захотел оставить его придворным врачом.

В это время в Никомидии тайно проживали священномученики пресвитеры Ермолай, Ермипп и Ермократ, уцелевшие после сожжения 20 тысяч христиан (память 28 декабря) в Никомидийской церкви в 303 году и страданий священномученика Анфима (память 3 сентября). Из окна уединенного домика святой Ермолай неоднократно видел благообразного юношу и прозорливо провидел в нем избранный сосуд благодати Божией. Однажды пресвитер позвал Пантолеона к себе и начал с ним беседу, во время которой изложил ему основные истины христианской веры. С этих пор Пантолеон стал ежедневно заходить к священномученику Ермолаю и с наслаждением слушал то, что открывал ему Божий служитель о Сладчайшем Иисусе Христе.

Однажды, возвращаясь от учителя, юноша увидел лежавшего на дороге мертвого ребенка, укушенного ехидной, которая извивалась тут же рядом. Исполнившись сострадания и жалости, Пантолеон стал просить Господа о воскрешении умершего и умерщвлении ядовитого гада. Он твердо решил, что в случае исполнения его молитвы станет христианином и примет Святое Крещение. И по действию Божественной благодати ребенок ожил, а ехидна разлетелась на куски на глазах удивленного Пантолеона.

После этого чуда святой Ермолай крестил юношу во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Семь дней провел новокрещеный у своего духоносного учителя, впитывая в свое сердце богооткровенные истины святого Евангелия. Став христианином, Пантолеон часто беседовал со своим отцом, раскрывая ему лживость язычества и постепенно подготавливая к принятию христианства. В это время Пантолеон уже был известен как хороший врач, поэтому к нему привели слепого, которого никто другой не мог исцелить. «Свет глазам твоим возвратит Отец света. Бог истинный, – сказал ему святой, – во имя Господа моего Иисуса Христа, просвещающего слепых, прозри!» Слепец тотчас же прозрел, а вместе с ним духовно прозрел и отец святого – Евсторгий, и оба с радостью приняли Святое Крещение.

После смерти отца святой Пантолеон посвятил свою жизнь страждущим, больным, убогим и нищим. Он безмездно лечил всех обращавшихся к нему, посещал в темницах узников и при этом исцелял страждущих не столько медицинскими средствами, сколько призыванием Господа Иисуса Христа. Это вызвало зависть, и врачи донесли императору, что святой Пантолеон христианин и лечит христианских узников.

Максимиан уговаривал святого опровергнуть донос и принести жертву идолам, но избранный страстотерпец Христов и благодатный врач исповедал себя христианином и на глазах императора исцелил расслабленного: «Во имя Господа Иисуса Христа, встань и будь здоров», – произнес святой Пантолеон, и больной тотчас выздоровел. Ожесточенный Максимиан приказал казнить исцеленного, а святого Пантолеона предал жесточайшим мукам. «Господи Иисусе Христе! Предстани мне в эту минуту, дай мне терпение, чтобы я до конца мог вынести мучение!» – молился святой и услышал голос: «Не бойся, Я с тобой». Господь явился ему «во образе пресвитера Ермолая» и укрепил перед страданиями. Великомученика Пантолеона повесили на дереве и рвали тело железными крюками, обжигали свечами, растягивали на колесе, бросали в кипящее олово, ввергали в море с камнем на шее. Однако во всех истязаниях мужественный Пантолеон оставался невредимым и с дерзновением обличал императора. Господь неоднократно являлся святому и укреплял его. В это же время перед судом язычников предстали пресвитеры Ермолай, Ермипп и Ермократ. Они мужественно исповедали Сладчайшего Господа Иисуса и были обезглавлены (память 26 июля).

По повелению императора святого великомученика Пантолеона привели в цирк и бросили его на растерзание диким зверям. Но звери лизали его ноги и отталкивали друг друга, стараясь коснуться руки святого. Видя это, зрители поднялись с мест и стали кричать: «Велик Бог христианский! Да будет отпущен неповинный и праведный юноша!» Разъяренный Максимиан приказал воинам убить мечами всех, кто славил Господа Иисуса, и даже убить зверей, не тронувших святого мученика. Видя это, святой Пантолеон воскликнул: «Слава Тебе, Христе Боже, что не только люди, но и звери умирают за Тебя!»

Наконец, обезумевший от ярости Максимиан приказал отрубить великомученику Пантолеону голову. Воины привели святого на место казни и привязали к масличному дереву. Когда великомученик начал молиться Господу, один из воинов ударил его мечом, но меч стал мягким как воск и не нанес никакой раны. Пораженные чудом, воины закричали: «Велик Бог христианский!» В это время Господь еще раз открылся святому, назвав его Пантелеимоном (что значит «многомилостивый») вместо прежнего имени Пантолеон, за его великое милосердие и сострадательность. Услышав Голос с Неба, воины упали на колени перед мучеником и просили прощения. Палачи отказались продолжать казнь, но великомученик Пантелеимон повелел выполнить приказ императора. Тогда воины со слезами простились с великомучеником, целуя его руку. Когда мученику отсекли голову, то из раны вместе с кровью истекло и молоко, а маслина, к которой был привязан святой, в этот момент процвела и исполнилась целительных плодов. Видя это, много людей уверовало во Христа Иисуса. Тело святого Пантелеимона, брошенное в костер, осталось неповрежденным, и тогда никомидийский страстотерпец был погребен христианами на близлежащей земле схоласта Адамантия.

Лаврентий, Вассой и Провиан, слуги великомученика, написали повествование о жизни, страданиях и кончине великомученика. Память святого Пантелеимона издревле чтится православным Востоком. Уже в IV веке были воздвигнуты храмы во имя святого в Севастии Армянской и Константинополе. Кровь и молоко, истекшие при усечении святого, хранились до Х века и подавали верующим исцеления.

Честные мощи великомученика Пантелеимона частичками разошлись по всему христианскому миру. Особенно много их на Святой Горе Афон. Честная и многоцелебная глава его хранится в Русском Афонском Свято-Пантелеимоновом монастыре, в соборном храме, посвященном его имени.

В Никомидии накануне 27 июля – дня памяти святого великомученика – совершается торжественный крестный ход с чудотворной иконой святого. Тысячи людей – православных христиан и инославных – армян, католиков, и даже магометане съезжаются сюда и привозят сотни больных, которые получают исцеление по молитвам святого. В церковной книге «Кондак», хранящейся в Никомидийской митрополии, зафиксировано две тысячи автографов греков, турок, итальянцев и армян, получивших исцеление по молитвам великомученика Пантелеимона.

Почитание святого мученика в Русской Православной Церкви известно уже с XII века. Великий князь Изяслав, в Святом Крещении Пантелеимон, имел изображение великомученика на своем боевом шлеме и его заступничеством остался жив в сражении 1151 года. Под командованием Петра I русские войска одержали в день памяти великомученика Пантелеимона две морских победы над шведами: в 1714 году при Гангаузе (Финляндия) и в 1720 году при Гренгаме (небольшая гавань на Аландских островах).

Имя святого великомученика Пантелеимона призывается при совершении Таинства Елеосвящения, освящения воды и молитве о немощном. Память его особенно торжественно совершается в Русском Свято-Пантелеимоновом монастыре на Афоне. Собор во имя его построен в 1826 году по типу древних Афонских храмов. В алтаре, в драгоценном ковчеге, хранится главная святыня обители – глава святого великомученика Пантелеимона. За 8 дней до праздника начинается предпразднство. В эти дни после вечерни поются молебные каноны на 8 гласов, примечательно, что для каждого дня имеется особый канон. В день праздника совершается торжественное всенощное бдение и тысячи гостей и паломников участвуют в Богослужении. По рукописной Афонской службе напечатаны припевы на 9-й песне канона великомученику. По древней традиции паломники Русской Православной Церкви ежегодно совершают поездки в Грецию и на Святую Гору Афон к дню памяти святого великомученика Пантелеимона.

Праведная Анна была дочерью Матфана и по отцу была из колена Левина, а по матери – из колена Иудина. Святой праведный Иоаким, ее муж, сын Варпафира, был потомком царя Давида, которому Бог обещал, что от семени его потомков родится Спаситель мира. Супруги жили в Назарете Галилейском. Они не имели детей до глубокой старости и всю жизнь скорбели об этом. Им приходилось переносить презрение и насмешки, так как в то время бесчадие считалось позором. Но они никогда не роптали и только горячо молились Богу, смиренно уповая на Его Волю.

Однажды, во время большого праздника, дары, которые праведный Иоаким взял в Иерусалим для принесения их Богу, не были приняты священником Рувимом, который считал, что бездетный муж недостоин приносить жертву Богу. Это очень опечалило старца, и он, считая себя самым грешным из людей, решил не возвращаться домой, а поселиться в одиночестве в пустынном месте. Его праведная супруга Анна, узнав, какому унижению подвергся ее муж, стала в посте и молитве скорбно просить Бога о даровании ей ребенка. В пустынном уединении и постничестве о том же просил Бога и праведный Иоаким. И молитва святых супругов была услышана: им обоим Ангел возвестил о том, что родится у них Дочь, Которую благословит весь род человеческий.

По повелению Небесного Вестника, праведные Иоаким и Анна встретились в Иерусалиме, где, по обетованию Божию, у них и родилась Дочь, нареченная Марией. Святой Иоаким преставился через несколько лет по введении во храм Благословенной своей Дочери, в 80-летнем возрасте. Святая Анна скончалась 79-ти лет, через два года после него, проведя их при храме, рядом с Дочерью.

При святом благоверном царе Иустиниане (527–565) в Девтере был выстроен в ее честь храм, а император Иустиниан II (685–695; 705–711) обновил ее храм, потому что праведная Анна явилась его беременной супруге; в то же время тело ее и мафорий (покрывало) были перенесены в Константинополь.

Икона Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (с грошиками) прославилась в 1888 году в Петербурге, когда во время страшной грозы молния ударила в часовню, но находившаяся в ней святая икона Царицы Небесной, представляющая собой список с иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость», которую из Москвы привезла княгиня Наталия Алексеевна (сестра Петра Великого), осталась неповрежденной. Образ, до того времени с потемневшим от копоти ликом, обновился и просветлел. Обгорел только шнур, на котором святая икона висела в углу часовни, да прилипли к поверхности несколько мелких медных монет (грошиков) из разбитой вдребезги кружки для подаяний. С тех пор многие болящие и страждущие, прибегавшие к Пресветлой Владычице с искренней верой и горячей молитвой, получили исцеление перед Ее святым образом. В 1898 году на месте часовни была построена церковь.

Прав. Феодор родился 13 февраля 1745 г. в селе Бурнаково Романовского уезда Ярославской губернии. Он происходил из небогатого, но древнего дворянского рода. Его родители Феодор Игнатьевич и Прасковья Никитична были людьми благочестивыми и глубоко верующими. Главным условием воспитания детей они считали развитие в них религиозных чувств и высокой нравственности. Этому же способствовал и пример родного дяди – монаха Феодора, подвизавшегося в Санаксарском монастыре в далекой Мордовии.

В шестнадцать лет Ушаков был зачислен в Морской кадетский корпус в Санкт-Петербурге. Через пять лет учеба была завершена, молодой мичман принял присягу и получил назначение на Балтийский флот, а затем на юг, в Азовскую флотилию.

Во время Первой русско-турецкой войны прав. Феодор командовал разными судами в Азовском море и участвовал в защите берегов Крыма. В 1787 г. началась вторая война с Турцией. В первом генеральном сражении малочисленный русский флот впервые в открытом бою одержал победу над значительно превосходящими силами противника. Этому в большой степени способствовали личная храбрость, искусное владение тактикой и выдающиеся личные качества капитана Феодора Ушакова, принявшего на себя руководство боем. За первый год русско-турецкой войны молодой Черноморский флот одержал решительную победу, приведя Оттоманскую Порту в чрезвычайный страх и ужас. Феодору Ушакову тогда исполнилось сорок пять лет. Он получил чин контр-адмирала и был назначен командующим Черноморским флотом.

Через полгода недалеко от Керченского пролива произошло очередное сражение, в котором эскадра Ушакова вновь одержала блистательную победу над вдвое превосходящими силами противника. Турецкий флот стоял на якоре между Гаджибеем (впоследствии Одессой) и о. Тендра. Сюда же со стороны Севастополя вышла русская эскадра. Завидев русские корабли, турки, несмотря на превосходство в силе, стали спешно рубить канаты и в беспорядке отходить к Дунаю. Всю мощь бортовой артиллерии Ушаков обрушил на передовую часть турецкого флота. Флагманский корабль «Рождество Христово» вел бой с тремя кораблями противника, а затем и с флагманом турецкого флота 74-пушечной «Капуданией». И опять удача сопутствовала русским: взрыв флагмана стал завершающим звеном в победе при Тендре.

Через четыре года русско-турецкая война завершилась четвертой блистательной победой контр-адмирала Ушакова у мыса Калиакрия, за которую ему был пожалован орден Святого Александра Невского. Один из сильнейших по тем временам турецкий флот был полностью уничтожен.

Еще в начале войны Феодор Ушаков принял руководство над портом и городом Севастополем. В мирное время он организовал там ремонт боевых кораблей, строительство разных мелких судов, по его распоряжениям и при неустанном личном участии на берегах бухт строились пристани, перестраивалась небольшая соборная церковь Святителя Николая, покровителя мореплавателей. Эти и другие работы он часто оплачивал из своего жалованья.

Теперь прославленный контр-адмирал, который «к вере отцов своих оказывал чрезвычайную приверженность», имел возможность регулярно посещать церковные службы. Сохранилось свидетельство о его жизни в Севастополе: он «каждый день слушал заутреню, обедню, вечерню и перед молитвами никогда не занимался рассматриванием военносудебных дел».

В начале 1793 г. контр-адмирала Ушакова призвали в Санкт-Петербург. Екатерина II пожелала видеть героя, который принес громкую славу Отечеству, и «встретила в нем человека прямодушного, скромного, мало знакомого с требованиями светской жизни». За заслуги перед престолом и Отечеством императрица поднесла ему в дар золотой складень-крест с мощами святых угодников и пожаловала чин вице-адмирала.

В 1796 г. на российский престол вступил император Павел I. В то время революционная Франция обратилась к завоеванию и покорению соседних держав. Вице-адмирал Ушаков получил приказ привести в боевую готовность Черноморский флот, а затем следовать и содействовать турецкому флоту против зловредных намерений Франции. Взяв курс на Константинополь, российская эскадра скоро приблизилась к Босфору. Командующим объединенными силами был назначен вице-адмирал Ушаков. Так началась его знаменитая Средиземноморская кампания, в которой он показал себя не только как великий флотоводец, но и как мудрый государственный деятель, милосердный христианин и благодетель освобожденных им народов.

Первой задачей было взятие Ионических островов, расположенных вдоль юго-западного побережья Греции. Главный из них – Корфу, имея и без того мощнейшие в Европе бастионы, был еще значительно укреплен французами и считался неприступным. Командующий поступил весьма мудро: он обратился с письменным воззванием к жителям островов – православным грекам, призывая их содействовать в «низвержении несносного ига» безбожников-французов.

Ответом была повсеместная вооруженная помощь населения. Как ни сопротивлялись французы, русский десант решительными действиями освободил острова Цериго, Занте и Кефалонию. В результате штурма пала и крепость Корфу.

Командующий сошел на берег, «торжественно встреченный народом, не знавшим границ радости и восторга, и отправился в церковь для принесения Господу Богу благодарственного молебна. А в первый день Святой Пасхи адмирал назначил большое торжество, пригласив духовенство сделать вынос мощей угодника Божия Спиридона Тримифунтского. Народ собрался со всех деревень и с ближних островов». За победу при Корфу император Павел I произвел Феодора Ушакова в полные адмиралы.

Как полномочный представитель России Ушаков создал на Ионических островах такую форму правления, которая обеспечила всему народу мир, тишину и спокойствие. Так образовалась Республика Семи Соединенных Островов – первое греческое национальное государство нового времени.

В это же время в Северной Италии русские под предводительством славного полководца Александра Суворова громили «непобедимую» армию французов. Суворов просил адмирала Ушакова оказывать ему всемерную поддержку с юга. И два великих сына России, находясь в теснейшем взаимодействии, били французских республиканцев на суше и на море. Русские моряки и десантники взяли гор. Бари, где отслужили благодарственный молебен у мощей свт. Николая Чудотворца. Затем взяли Неаполь и вошли в Рим.

На очереди была Мальта, но на исходе 1799 г. адмирал Феодор Ушаков получил приказ императора Павла I о возвращении эскадры в Севастополь. Жители Республики Семи Соединенных Островов прощались с адмиралом Ушаковым и его моряками не скрывая слез. Сенат о. Корфу назвал его «освободителем и отцом своим». На золотом, осыпанном алмазами мече, который подарили ему на прощанье, было написано: «Остров Корфу – адмиралу Ушакову». Столь же памятные и дорогие награды были и от других островов.

Когда на российский престол взошел Александр I, политика России резко изменилась. И вскоре адмирал Феодор Ушаков был переведен в Санкт-Петербург. При дворе возобладало мнение о ненужности большого флота для «сухопутной» России. В 1802 г. Ушаков был назначен главным командиром Балтийского учебного флота и начальником флотских команд в Санкт-Петербурге.

В 1804 г. адмирал составил подробнейшую записку о своем служении Российскому флоту, в которой как бы подытоживал свою деятельность: «Благодарение Богу, при всех означенных боях с неприятелем и во всю бытность оного флота под моим начальством на море, сохранением Всевысочайшей благости ни одно судно из оного не потеряно и пленными ни один человек из наших служителей неприятелю не достался».

Девятнадцатого декабря 1806 г. легендарный адмирал подал императору прошение об отставке: «Душевные чувства и скорбь моя, истощившие крепость сил, здоровья, Богу известны. Да будет воля Его святая! Все случившееся со мною приемлю с глубочайшим благоговением». Отойдя от служебных дел, он некоторое время жил в Санкт-Петербурге, а затем переехал в деревню Алексеевка Темниковского уезда, вблизи Санаксарского Рождество-Богородичного монастыря. По свидетельству тогдашнего настоятеля монастыря иеромонаха Нафанаила, «адмирал Ушаков, сосед и знаменитый благотворитель Санаксарской обители, вел жизнь уединенную, по воскресным и праздничным дням приезжал для богомолья в монастырь к службам. В Великий пост живал в монастырской келье по целой седмице и всякую продолжительную службу с братией в церкви выстаивал. По временам жертвовал обители значительные благотворения, также бедным и нищим творил всегдашние милостивые подаяния и вспоможения».

Во время Отечественной войны 1812 г. Феодор Ушаков был избран начальником ополчения Тамбовской губернии. Поблагодарив за оказанное доверие, адмирал отказался от этой чести по слабости здоровья. Вместе с тем на свои средства он устроил госпиталь для раненых, внес две тысячи рублей на формирование Первого Тамбовского пехотного полка. Все, что имел, отдавал он «на вспомоществование ближним, страждущим от разорения злобствующего врага».

Остаток дней адмирал провел «крайне воздержанно и окончил жизнь, как подобает истинному христианину и верному сыну Святой Церкви », 2 октября 1817 г. Св. Феодор был погребен по своему желанию в монастыре рядом с дядей – устроителем Санаксарского монастыря прп. Феодором, также Ушаковым [19 фев.].

После восстановления Санаксарского монастыря в 1991 г. на могилу прославленного флотоводца стало прибывать множество паломников. В 2004 г. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви определил причислить адмирала Феодора Ушакова к лику общецерковных святых. В августе 2006 г. патриарх Алексий с сонмом архиереев освятил первый в мире храм, посвященный святому моряку,– кафедральный собор в Саранске, ставший самым большим православным храмом Мордовии.

История этой чудотворной иконы Богоматери неразрывно связана с Почаевским монастырём в честь Успения Пресвятой Богородицы (Украина). На горе, где ныне расположена Успенская Почаевская лавра, в 1240 году поселились два инока. Однажды один из них после молитвы пошёл к вершине горы и вдруг увидел Богородицу, стоящую на камне, словно объятую пламенем. Он позвал другого инока, который был также удостоен созерцать чудесное явление. Третьим свидетелем видения был пастух Иоанн Босой. Увидев необычный свет на горе, он поднялся на неё и вместе с иноками стал прославлять Бога и Его Пречистую Матерь.

После того, как явление исчезло, на камне, где стояла Богородица, остался отпечаток Её правой стопы. Отпечаток этот сохранился до сих пор и всегда наполнен водой, которую чудесным образом источает камень. Вода в стопе не оскудевает, несмотря на то, что многочисленные паломники постоянно наполняют ею свои сосуды для исцеления от недугов.

Сама же Почаевская икона Божьей Матери появилась в обители следующим образом. В 1559 году митрополит Неофит из Константинополя, проезжая через Волынь, посетил жившую в имении Орля, недалеко от Почаева, дворянку Анну Гойскую. В благословение он оставил ей привезённую из Константинополя икону Богородицы. Вскоре стали замечать, что от Почаевской иконы Богородицы исходит сияние. Когда в 1597 году перед иконой исцелился брат Анны Филипп, она передала образ инокам, поселившимся на Почаевской горе.

Через некоторое время на скале была выстроена церковь в честь Успения Божией Матери, ставшая частью монастырского комплекса. За свою историю Почаевский монастырь претерпел немало бедствий: притеснялся лютеранами, подвергался нападению турок, попадал в руки униатов, но благодаря заступничеству Божией Матери все невзгоды были преодолены.

На списках чудотворной Почаевской иконы Пресвятой Богородицы часто изображают камень с отпечатком стопы Божией Матери.